Интервью с президентом Южной Осетии Эдуардом Кокойты: "Нас обязательно признают"ФОТО: AP: http://expert.ru

Михаил Чернов

Центризбирком Южной Осетии обнародовал официальные результаты состоявшихся 12 ноября референдума о независимости республики и выборов президента. Была зафиксирована беспрецедентно высокая явка избирателей — 95,1%. По данным югоосетинского ЦИК, за независимость и международное признание проголосовало 99,88% принявших участие в референдуме. Президент Южной Осетии Эдуард Кокойты был переизбран на второй срок. Его поддержало 98,1% избирателей. С комментариями итогов референдума и выборов президента уже выступил МИД РФ. «Президентские выборы и референдум в Южной Осетии — свободное волеизъявление народа республики, выраженное посредством демократических процедур. Большая группа наблюдателей из целого ряда государств признала, что голосование соответствовало общепринятым принципам и нормам организации и проведения демократических выборов и референдумов», — говорится в заявлении российского МИД.

О том, как итоги референдума отразятся на политике Республики Южная Осетия, «Эксперту» рассказал переизбранный на второй срок Эдуард Кокойты.

— Референдум в Южной Осетии состоялся, прошел успешно и без происшествий. Каковы тактические и стратегические цели по его результатам ставит перед собой республика?

— И тактические, и стратегические цели связаны с достижением одной задачи — признание независимости Южной Осетии. Прошедший референдум подтвердил итоги референдума 1992 года и стал очень важным шагом на пути к независимости, важным аргументом в разговоре с нашими оппонентами. Никто не может закрывать глаза на то, что произошло здесь в воскресенье. И представители СМИ, и международные наблюдатели видели, что здесь не было наигранности: народ искренне шел голосовать за свое будущее и будущее своих детей. Я признателен народу Южной Осетии за такую консолидацию, поддержку и понимание. Это придаст больше сил и энергии, чтобы мы добились конечной цели цивилизованными методами. Конфликт между Грузией и Южной Осетией не является внутренним делом самой Грузии. Он лежит в политико-правовой плоскости, а правовых аргументов у нас больше. Нам очень сильно мешает европейское сообщество, которое применяет политику двойных стандартов по отношению к таким республикам, как Южная Осетия, Абхазия, Приднестровье. Необходимо создать универсальную процедуру решения таких вопросов.

— Вчера на митинге много говорилось о единстве Осетии. Является ли референдум шагом к такому единству с Республикой Северная Осетия — Алания как частью Российской Федерации?

— Да, это очень серьезный шаг именно в этом направлении. Возможно, многие из голосовавших и не отдавали себе отчета в том, что это первый подобный шаг в истории осетинского народа. Впервые единая Осетия имела возможность голосовать как на юге, так и на севере и по вопросу о независимости, вынесенному на референдум, и на выборах президента. (В Северной Осетии выдавались югоосетинские паспорта выходцам с юга, в том числе потомкам осетин, бежавших из Грузии в 1920-х годах. Для этих людей в Северной Осетии специально было открыто несколько избирательных участков. — «Эксперт».) Это говорит о том, что народ на севере Осетии разделяет позиции и подходы Южной Осетии.

— Как будет решаться, возможно, один из самых острых вопросов, стоящих перед республикой, — вопрос территориальной целостности? Ведь значительная часть Южной Осетии не находится под контролем официального правительства в Цхинвали. Во многих районах дислоцированы вооруженные силы Грузии.

— В отличие от грузинского руководства все проблемы мы намерены решать исключительно мирным путем. И у нас есть в этом уверенность, ибо граждане, которые проживают на временно оккупированных грузинскими вооруженными силами территориях, являются гражданами Республики Южная Осетия. Большая часть из них имеет и российское гражданство. Все граждане грузинской национальности, проживающие в РЮО, — это полноправные, полноценные граждане республики. Для них будут создаваться все необходимые условия, в том числе для развития грузинского языка, грузинских школ и культуры. Это частица нашей истории, отражение долгих исторических процессов. Связи между народами нужно укреплять, а не подстраивать в угоду геополитическим веяниям. Мы два соседских дружественных народа, которые здесь вместе жили.

Лишь та часть грузинского населения, которая в ночь с 6 на 7 января 1991 года встала и ушла из Южной Осетии, не имеет морального права на что-то претендовать. Так как они способствовали разжиганию войны. Они даже не предупредили своих родственников, даже своих близких в смешанных семьях! Они знали, с какой целью сюда должны были войти грузинские формирования. Это предательство по отношению к нашим предкам и тем узам дружбы и братства, которые есть между нашими народами.

Многие же из тех грузин, что остались здесь, отказались даже участвовать в проводившихся на временно подконтрольных Грузии территориях муниципальных выборах. Это серьезный сигнал господину Саакашвили, чтобы он прекратил терроризировать грузинское население Южной Осетии. Югоосетинские грузины не хотят жить под его властью. Они хотят жить с нами, с Россией. И мы сделаем все, чтобы им не мешали.

— Проблема территориальной целостности это не только взаимоотношения между двумя народами, но и проблема военного присутствия грузинских войск в Южной Осетии…

— Сегодня международному сообществу, вместо того чтобы заявлять, что они не признают итогов выборов и референдума в Южной Осетии, лучше было бы осудить Грузию как самую милитаризованную республику в Закавказье, осудить геноцид и этнические чистки малочисленных народов и национальных меньшинств, нарушение прав человека в Грузии. Все это на совести международного сообщества, с молчаливого согласия которого происходят трагедии. Мы признательны всем странам, которые прислали сюда своих наблюдателей и зафиксировали активность и консолидированное мнение народа Республики Южная Осетия. Я думаю, итоги референдума заставят многих считаться с нами.

— На международных площадках активно обсуждаются проблемы, схожие с осетинской. Обсуждается проблема геноцида и этнических чисток в отношении самых разных народов. Чем бы вы могли объяснить тот факт, что международное сообщество настолько глухо к проблемам геноцида осетинского народа?

— Это связано с большой геополитикой, которую проводят Соединенные Штаты. Осуждение преступлений грузинских властей невыгодно сегодня США, невыгодно Евросоюзу, который также поддерживают Грузию. Они вооружают официальный Тбилиси, направляют туда своих военных инструкторов. На Западе к нашим проблемам готовы обратиться в несколько «иной ситуации». И Южную Осетию, и геноцид осетин давно бы признали… В ходе переговоров и встреч, проводимых международными институтами стратегических исследований, представители этих стран заявляют нашим экспертам буквально следующее: «Уговорите Северную Осетию, чтобы она вышла из состава РФ, и мы вас признаем». То есть в этом случае нас можно признать, а итоги нынешнего референдума можно игнорировать. Их геополитическая цель — развал России.

Но им не удастся этого сделать, они просчитались. И ту «демократию», которую проглотили в Грузии, на Кавказе больше никто не проглотит.

Аргументация часто наезжающих сюда в последнее время западных визитеров — грубое давление и шантаж. Когда обстреливается с вертолетов территория Южной Осетии, то этого не замечают. Оказывается, то, что мы защищаем наш народ, — это международно наказуемое уголовное деяние, а то, что нас убивают, — это нормально. Мне непонятна позиция руководства США. Идет грязная, непонятная игра. Южная Осетия, в сущности, — небольшая территория, но этим людям нужна территория без людей, которые здесь живут. Лидеры западных государств готовы в любой момент руками Грузии растерзать наш народ. Но что бы они ни делали и ни говорили, мы будем защищать наш народ, республику, независимость. А признание — вопрос времени. Я думаю, что рано или поздно они признают нас.

Нам никто не сможет навязать свою волю. Итоги референдума — это воля народа Республики Южная Осетия. И, как избранный президент, я обязан выполнять эту волю. Мне оказано высокое доверие. И суть тут даже не в высоких процентах, а в том, что почти каждый гражданин доверяет мне будущее своей семьи и своих детей. Это накладывает на меня огромную ответственность и требует выполнения взятых обязательств.

— Когда мы говорим о признании независимости, о единстве Осетии, понимая, что путь к этим целям будет непрост, мы не можем не вспомнить о России, частью которой является Республика Северная Осетия — Алания. Каким вам видится на ближайшее время сосуществование Южной Осетии и России? Возможно ли ориентироваться на уже опробованные в мировой практике варианты, например на Северный Кипр, который официально признает одна Турция, а де-факто — десяток крупных государств?

— Вы абсолютно правы, когда упоминаете о примерах, которые уже существуют в международной практике. В доказательство правоты Грузии нам приводят, по сути, только те международные нормы, которые признают территориальную целостность государств. Между тем сложившиеся нормы международного права показывают, что территориальная целостность не самый весомый аргумент. Когда игрокам большой геополитики нужно, они закрывают на все глаза. Если разделенный немецкий народ можно объединить, почему нельзя воссоединить разделенный осетинский народ? Лишь потому, что мы малочисленный народ? Мы видим ту роль, которую играет Россия, и сегодня она страдает из-за того, что выполняет взятые на себя обязательства.

Мы подвергаемся нападкам со стороны мирового сообщества за то, что мы остаемся верными тому историческому курсу, который в 1774 году выбрали наши предки, добровольно войдя в состав России. Южная Осетия никогда не выходила из состава России. Сейчас Южная Осетия вообще никак не отражена в конституции Грузии. И мы будем делать все для того, чтобы мирным путем восстановить историческую справедливость. Мы будем стремиться к интеграции с Российской Федерацией, потому что это единственная гарантия сохранения осетин как этноса.

 

Опубликовано: Эксперт. 2006. №43 (537) : http://expert.ru/expert/2006/43/kokoity/