Россия не должна ошибиться в КиргизииФОТО: Сторонники киргизской оппозиции напали на автомобиль штурмового отряда милиции в Бишкеке 7 апреля: http://1news.az

Опубликовано: Россия не должна ошибиться в Киргизии. С экспертом петербургской аналитической группы «Конструирование будущего» Сергеем Боровиковым беседовал Михаил Чернов. // RBC daily. 21.03.2005.

В Киргизии началась «оранжевая революция». Местные и российские СМИ уже окрестили ее «желтой» или «лимонной». По Нарынской, Джалал-Абадской и Ошской областям прокатилась волна протестов. Взяты штурмом областные администрации в Джалал-Абаде и Оше, созданы параллельные органы «народной власти», организованы пока безоружные отряды охраны правопорядка. «Революционеры» требуют новых выборов. Пикетчики-оппозиционеры прибыли в Бишкек, где стремительно растет напряженность. Противостояние ОМОНа и подразделений Минобороны Кыргызской Республики с демонстрантами постепенно разогревается до опасного уровня. О ситуации в Киргизии корреспондент RBC daily Михаил Чернов беседует с экспертом петербургской аналитической группы «Конструирование будущего» Сергеем Боровиковым.

– Насколько адекватна позиция в России относительно ситуации в Киргизии? Создается впечатление, что до нас попросту не доходит реальная информация…

– Давайте разделим центральные российские СМИ, по которым в Киргизии определяют «позицию» России, и реальную позицию, которую можно реконструировать из конкретных шагов и действий, выступлений и комментариев официальных представителей российской власти. Если верить этим СМИ, то российская общественность твердо убеждена, что киргизский цвет 2005 г. – это не красный цвет флага Кыргызской Республики, а желтый цвет «лимонной» киргизской революции. Россияне уверены, что позиции президента Аскара Акаева держатся исключительно на репрессивном аппарате СНБ и МВД, а жители республики едины в своем желании «заставить уйти в отставку ААА» (Аскара Акаевича Акаева – прим. RBC daily). Что касается реальной позиции, то нужно признать, что Аскар Акаев своими интеллигентными речами в Москве сумел смутить умы представителей нашей государственной власти и Россия решила поставить на безусловную поддержку нынешней киргизской команды. Все, что понадобится от России: деньги, заявления официальных лиц – Акаев получит. Так что позиция СМИ и позиция Российского государства сильно различаются.

– Какова официальная и неофициальная позиция России в нынешней политической ситуации в Киргизии?

– Пока официальной позиции Москвы нет. Есть реальная позиция, о которой сказано выше. Думаю, что в ближайшие месяцы официальной позиции Российского государства по ситуации в Киргизии не последует. Для государственных чиновников поражение на Украине стало слишком болезненным ударом, чтобы они теперь проявили хоть какую-то инициативу. Будут осторожные высказывания с намеками о поддержке Акаева и страхом перед «лимонной революцией», пик которой, вероятно, придется на август-октябрь нынешнего года. Для ее полномасштабного развертывания и легитимизации с привлечением международных институтов потребуется время.

– Если в ходе украинских событий многие говорили о «перетягивании каната» между США и Россией в Восточной Европе, то парламентские выборы в Киргизии считают проверкой сил США и России в Средней Азии. Можно ли сейчас говорить об этом?

– Да, это была «проверка боем». Россия полностью проиграла в Грузии и на Украине. Американцы делом доказали, что лучше владеют постсоветским пространством. Наступательная американская стратегия оказывается гораздо более востребованной и эффективной, чем оборонительная стратегия России. Необходимость для Запада сместить команду Акаева в 2005 г. связана с тем, что Киргизия должна стать экспериментальной площадкой, так как она политически самая слабая страна Каспийско-Среднеазиатского региона. На основе полученного опыта «бархатные революции» можно будет дальше тиражировать на более сложные Узбекистан и Азербайджан. Думаю, что ни Таджикистана, ни Туркмении в претендентах на «бархатные революции» нет. Там технологии госпереворотов будут иные, куда более жесткие. «Тихие американцы» уверены в своих расчетах по «лимонной революции» в Киргизии. В их расчеты, кстати, заложены, в числе прочего, прямая поддержка России и действия силовиков Аскара Акаева. Американцы уверены, что Акаев даже при поддержке России не сможет удержать «энергию свободного волеизъявления» в бывших советских республиках, которая так нравится в последнее время Дж. Бушу.

– Я все-таки не понял, что делает сейчас Россия в сложившейся ситуации. Только лишь бездействует?

– Работающие в Бишкеке российские политтехнологи, которых, по всей видимости, пригласили представители команды Аскара Акаева, менее манипулятивны и гораздо более профессиональны, чем их коллеги, «наломавшие дров» на Украине и в Абхазии. Собственно, даже там они честно «отработали заказ», проплаченный им властью, и винить их за то, что они просто добросовестно выполнили условия своих контрактов, разумеется, нельзя. А вот те, кто давали или санкционировали такой заказ и должны были как-то предвидеть его последствия, остались в тени и вряд ли чему-то научились. В России традиционно виноваты «стрелочники». Тем не менее российские политтехнологи, которые сейчас работают в Бишкеке, не могут игнорировать этот опыт и вынуждены более осторожно и ответственно относиться к своей работе, да и сотрудничающие с ними киргизские силовики отличаются достаточно высокой аналитической подготовкой и профессионализмом. Кроме того, по моим данным, в Бишкек приехал ряд сильных казахстанских политтехнологов. Думаю, им всем с разных направлений удастся убедить руководство России в необходимости защиты Аскара Акаева. А то, что симпатии российской общественности будут, скорее всего, на стороне антиакаевской оппозиции, не окажет заметного влияния на процессы в Киргизии. Решающим фактором может стать позиция президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, который может поддержать российскую позицию, а может и «соблюдать нейтралитет». Для электората столичного Бишкека и многих городов Северной Киргизии позиция Назарбаева может иметь большое значение. Но для Назарбаева не менее важны и риски, связанные с непониманием на Севере Киргизии исламского Юга. Южный Казахстан слишком тесно связан с Южной Киргизией и Узбекистаном, чтобы можно было игнорировать риски для Казахстана, и Назарбаев обязательно будет это учитывать. На мой взгляд, плохо то, что российские и казахстанские политтехнологи мыслят категориями, характерными для населения Северной Киргизии, в то время как формирующиеся вызовы связаны с Южной Киргизией.

– Какую роль в данном контексте сможет сыграть наличие российских военных в республике?

– Уверен, что по данному вопросу позиция США и РФ будет одинаково жесткой: присутствие иностранных войск нельзя использовать как фактор предвыборной борьбы. Цена вопроса для Штатов и России гораздо выше судьбы президента Киргизии. Получающие гранты и иную помощь оппозиционеры и имеющие административный ресурс действующей власти акаевские пиарщики будут исходить именно из такого отношения к вопросу военных баз в Киргизии. Кроме того, их реальная боеспособность против «мирного населения» достаточно сомнительна, и сейчас вряд ли найдутся желающие проверять ее на практике. Призрак трибунала в Гааге уже бродит по постсоветскому пространству.

– Как относится к Акаеву российский политический истеблишмент? И к возможному сценарию мирной передачи власти?

– Аскара Акаева персонально в Москве любят. Он считается большим демократом, интеллигентным и лояльным России лидером среднеазиатской страны. Что касается мирного проигрыша и ухода Аскара Акаева, то, думаю, гораздо более значимые выборы на Украине показали, как поведет себя Россия и ее московский политический бомонд. Россия в лице президента Владимира Путина в конце концов поздравила Виктора Ющенко с законным избранием. Московская же политтусовка после победы «оранжевой революции», уже в январе этого года, сосредоточилась на обсуждении перспектив аналогичной антипутинской революции в России в 2007 г. Россия как государство, в случае победы оппозиции, примет такие результаты и в Киргизии.

– Кто из оппозиционных политиков в Киргизии имеет авторитет в России? Вообще, как к ним относятся?

– Из киргизских политиков в России относительно популярны Кубанычбек Апас и Феликс Кулов. Легко может найти поддержку российского общественного мнения талантливый врач, исцеляющий наркоманию и другие недуги, Женишбек Назаралиев (знаменитая клиника Назаралиева). Испуг киргизской власти, начавшей в Аксы стрелять в людей, сделал популярным, в основном среди московских журналистов, Азимбека Бекназарова. Единым залпом в январе-феврале этого года в целом ряде центральных российских СМИ была отпиарена «киргизская Тимошенко» Роза Отунбаева, которая, конечно, сильно и в лучшую сторону отличается от Юлии Тимошенко, но свою коронную партию в «лимонной революции» отыграет добросовестно. К уже проявленной Отунбаевой должен присоединиться «киргизский Ющенко», на роль которого в настоящее время идет кастинг нескольких бывших высших чиновников Кыргызской Республики, ушедших в оппозицию. Кстати, в российских массмедиа это отражено (Курбанбек Бакиев, Муратбек Иманалиев и ряд других претендентов). Легко может быть раскручен неизвестный в России, но имеющий большую популярность на Западе председатель Кыргызского комитета по правам человека (ККПЧ) Рамазан Дырылдаев, когда-то возглавлявший Межрегиональное управление по борьбе с организованной преступностью МВД СССР. Сейчас он живет в Вене. К мнению Бориса Силаева прислушиваются, но он слишком отождествляется с фрондирующим мэром Москвы Юрием Лужковым, да и слишком давно Силаев живет в Москве. Замах «лимонной революции» может оказаться недостаточно сильным. Имена лидеров «лимонной революции» в России известны мало, а их биографии показывают, что многие из них далеки от революционных идеалов, их цели мелки и суетны. До Ющенко и неистовой Тимошенко им еще далеко, хотя еще не все потеряно для ковки эпических низвергателей Аскара Акаева.

– Насколько значимы для выборов региональные различия между Югом и Севером?

– Еще в 1999 г. мы писали в российском журнале «Профи», что раздробление Ошской области на ряд областей повышает безопасность более исламизированного Южного Кыргызстана, но резко снижает эффективность управления. Позже власть совершила еще и кадровые ошибки, присылая в Ош, Джалал-Абад и Баткен достаточно случайных для Юга людей. Сейчас Акаев срочно отыгрывает назад, назначив в Ош своим спецпредставителем первого вице-премьера Кыргызской Республики Кубанычбека Жумалиева. Но это лишь экстренные меры. Баткенская область, зависящие от узбекского населения районы Джалал-Абадской области и Карасуйский район Ошской области потеряли управляемость. Они остались де-факто зависимы от Оша, но связь власти и населения ослаблена. Экономика Юга Киргизии по-прежнему целиком и полностью управляется ошскими бизнес-группами, а политическая власть формируется в Бишкеке, и ее представители, соответственно, думают о своем лице перед столичным Бишкеком, а отнюдь не о развитии подопечных территорий. Сколько бы ни говорили о клановых противоречиях между алайскими, узгенскими, ошскими и прочими южными политическими кланами, все они несущественны в разрезе всеобщего недовольства всевластием северян, причем не вообще северян, а лишь одного из полутора десятков северокиргизских кланов. Сам факт, что южные киргизы выдвинули своим лидером узбека Анвара Артикова, говорит об искаженно преувеличенном значении, которое придают бишкекские и российские СМИ тому, кто какой клан представляет. Есть всеобщее раздражение нынешней ситуацией. Причина, по которой еще в 1999 г. прогнозировалось снижение контроля Бишкека над Югом Кыргызстана, заключается в том, что в механизме управления есть большая разница между системой, когда надо удерживать подопечных (от нелояльности, от сепаратизма, от персональной угрозы руководству), и системой, когда надо развиваться. Когда Российская Федерация стояла на пороге распада по модели СССР, Борис Ельцин дал добро руководителям регионов РФ на схему «брать суверенитета, кто сколько сможет», дал добро на формирование региональных политических и бизнес-кланов. Российская Федерация сохранила единство, и это важно, плата оказалась соразмерной снятию угрозы. Сейчас же, когда на повестку дня поставлен вопрос об ускоренном экономическом развитии России и восстановлении ее человеческого потенциала, пришлось проводить масштабную административную реформу, укрупнение субъектов, создавать Федеральную комиссию по Северному Кавказу (фактически прообраз правительства Юга России). Ущемление интересов Юга Кыргызстана привело к тому, что, если вдруг Аскар Акаев захочет повторить кульбит в кадровой политике Владимира Путина, поменявшего перед выборами правительство России, и попробует восстановить на Юге единую Ошскую область, ему будет очень сложно найти кандидатуру, которая бы была авторитетна в Южном Кыргызстане и при этом полностью лояльна ему лично. Кубанычбек Жумалиев отвечает лишь второму требованию, но, как показал мирный штурм Ошской областной администрации, Жумалиев не готов встать во главе «революционного» народа ни в интересах Акаева, ни в своих собственных. Может быть, нынешний лидер Анвар Артиков удержит ситуацию под контролем, но для этого ему надо внимательно следить, чтобы южнокиргизские кланы не притесняли друг друга. На мой взгляд, единственным таким кандидатом, приемлемым для Москвы, Бишкека и Оша, мог бы стать российский космонавт Салижан Шарипов, узбек из Южной Киргизии. Шарипов крайне популярен в южнокиргизских областях и, как гражданин Российской Федерации, вряд ли хочет поражения Акаева. Но захочет ли российский космонавт оставить любимый авиакосмос и уйти в политику? Это большой вопрос, и, скорее всего, он не захочет.

– Может ли сыграть на выборах «исламистский фактор»?

– Нет. Легализация партии «Хизб-ут-Тахрир» (ХУТ) под присмотром западного сообщества не привела к радикализации позиции большинства мусульман Юга Кыргызстана. Более того, по ряду данных, даже карасуйские и джалал-абадские ячейки ХУТ не склонны к проведению диверсий или терактов. А уж выборы их интересуют в последнюю очередь. ХУТ – инструмент против Ислама Каримова прежде всего в соседней Андижанской области и в других узбекских областях Ферганской долины – для Аскара Акаева опасности не представляет.

– Так революцию будет делать только Юг? Какие регионы Киргизии также являются проблемными?

– Ряд районов северных Иссык-кульской и Таласской областей, которым не нравится тотальное присутствие на руководящих постах кеминских сары-багышей, ближних и дальних родственников Аскара Акаева. Потом не надо забывать, что приграничная с Китаем Нарынская область лидирует в республике по степени развития самоуправления, получает больше других в пересчете на душу населения западной помощи и имеет достаточно средств обеспечить контроль над работой избирательных комиссий. Думаю, Нарынская область даст ряд новых и сильных политических фигур, энергия молодых нарынских лидеров может быть использована обеими сторонами «лимонной революции». Но для рекрутирования нарынцев, зажать которых Запад Аскару Акаеву не позволит, северным элитам нужно оперативно корректировать свою нынешнюю позицию. Кстати, при всей этой нестабильности политический климат в Киргизии стал суровым, хотя Киргизия была и остается наиболее демократичной страной региона. Общественные и политические силы в Киргизии в рамках закона сохраняют возможность антипрезидентской деятельности. Нынешние относительно мирно протекающие события в Оше и Джалал-Абаде дают надежду, что революция после победы не начнет жестко зачищать собственных лидеров по грузинскому или украинскому примеру.

– А так ли вообще нужна Киргизия России? Неужели вопрос присутствия Гатчинской 201-й мотострелковой дивизии и Пограничной группы в Таджикистане достаточен для того, чтобы вмешиваться в события в этой независимой среднеазиатской республике?

– В этом регионе, на стыке горных систем Тянь-Шаня и Памира, перед Россией стянуты практически все вызовы, которые она имеет в Центральной Евразии. Существует культурно-цивилизационная близость Кашгара и Ферганской долины. В случае постройки узкоколейной железной дороги из Китая в Ферганскую долину регион быстро попадет в зону китайского влияния. Китайско-Киргизская железная дорога даже законодательно закреплена как один из приоритетов экономики Кыргызской Республики, и, хотя киргизы закрепили маршрут из Китая в Джалал-Абад, а далее на север до соединения с железными дорогами Казахстана на станции «Луговая», в китайской прессе, в отличие от осторожного МИДа КНР, ее по-прежнему называют Китайско-Узбекской железной дорогой. Пока Россия присутствует в регионе, нефте- и газотранспортных проектах от Каспия в Китай и Индию, в какой-то форме будут учитываться интересы России. Кроме того, уйдя из этого стыка двух горных систем, Россия закроет себе возможность работы в богатом ураном, алюминием, сурьмой, золотом, серебром и другими полезными ископаемыми регионе. Уйдя из Южной Киргизии, мы не сможем контролировать военную угрозу, поскольку вооруженные исламистские группировки из Афганистана атаковали Узбекистан именно через территорию Киргизии и Таджикистана, строят планы экспансии в южноказахстанские области, а в рядах международных террористических группировок немало российских мусульман, то есть появится прямой путь к нашим мусульманским регионам Поволжья. Отдельно нужно выделить важность Киргизии как единственного маршрута сухопутного обеспечения наших войск в Таджикистане. В случае обострения ситуации и победы «лимонных» лидеров она попадет под полный контроль американцев, что неизбежно отрежет нашу группировку. А это, в свою очередь, приведет к резкому росту наркотрафика из Афганистана и утрате контроля над ним. Под большим сомнением будет дальнейшая работа в Таджикистане новой станции оптико-электронного наблюдения «Окно» в Нуреке, осуществляющей боевое дежурство в составе глобальной российской системы контроля космического пространства. Вдобавок США получит в свое полное распоряжение качественные аэродромы. Напомню, что единственным аэродромом, на который могут садиться все типы тяжелых самолетов, является взлетно-посадочная полоса аэропорта Манас, превращенная в американскую авиабазу имени Ганси. Более того, эта база – крупнейшая американская база не только на постсоветском пространстве, но и во всей Центральной Евразии. Достаточно указать на разгоревшийся в настоящее время скандал с попыткой уговорить киргизов разрешить посадить на авиабазе Ганси самолеты дальнего радиолокационного обнаружения АВАКС. Однако в свое время американцы смотрели и Кант, и Ош. В Оше может садиться российский Ил-76, но и то лишь с опытными пилотами, американцы просто не смогли бы сажать свои тяжелые самолеты в Оше. Наши же военные, бездумно, «под копирку», зеркально отражая действия американцев в регионе, решили сделать своей базой Кант. Между тем американское острие направлено не на Афганистан, а на Синьцзян, а вызовы перед Россией идут с афгано-пакистанского направления. То есть нам крайне важно укреплять присутствие в Согдийской области Таджикистана, и было бы правильно основную базу разместить в Оше. Тогда можно контролировать дорогу Ош – Бишкек для снабжения войск и автодорогу Ош – Хорог для контроля Алайской долины и Бадахшана. Если «лимонная революция» приведет к укреплению американского военного присутствия в Киргизии, то уже вскоре мы увидим американцев в Оше и в Алайской долине. Не зря же, в конце концов, пока русские политтехнологи сидят в Бишкеке, американские «востоковеды» и «антропологи» в штатском сидят в Оше, работая, между прочим, именно по Согдийской области и узбекским областям Ферганской долины. Отвечать надо не где попало, а где вызовы. Есть и другие вызовы, стоящие перед Россией, которые привязаны к Югу Киргизии и горному Таджикистану. Что же касается вопроса «вмешательства в события», то тут у нас, в общем-то, не остается выбора, поскольку остальные геополитические игроки такими вопросами не задаются и в эти события активно вмешиваются.

– Проясните, пожалуйста, и все-таки, по Вашему мнению, победа «лимонной» революции будет для России благом или злом? Нужен ли нам Акаев у власти в Киргизстане?

– Победа «лимонной революции» будет очередным поражением России. Сохранение власти Аскара Акаева для России лучше, чем победа Розы Отунбаевой или иного лидера оппозиции. За Аскаром Акаевым может последовать Ислам Каримов, и Россия потеряет свои военные объекты в Таджикистане. Киргизы же поддержат только ту власть, которой доверяют. Судьба Аскара Акаева, судьба российских позиций в Киргизии напрямую зависит от того, в ком увидят киргизы справедливость и надежного союзника – в России, в США/Евросоюзе или в «чуме на оба ваших дома». Цель данной, конкретной «цитрусовой революции» – не столько привести к власти «лимонное» правительство, сколько разделить де-факто Киргизию на Юг и Север без оформления раздела де-юре, благо гражданская война в этой республике невозможна по причине того, что отрезать единственную высокогорную трассу Ош – Бишкек, с многочисленными перевалами и многокилометровыми туннелями, легче легкого. В этом случае из Оша Штаты будут работать по Кашгару и Ферганской долине, а из авиабазы им. Ганси по Кашгару и джунгарской части Синьцзяна. При этом для США позиция России и судьба Аскара Акаева совершенно некритичны, как это ни странно прозвучит, потому что основные американские интересы лежат в сдерживании Китая и ислама, а все остальное идет как «прочие мелкие детали». Однако очевидно, что победа очередной революции с «желтым оттенком» будет важным знаком для готовящегося в 2006-2008 гг. свержения Путина. Киргизское общество очень похоже на население ряда уральских и сибирских регионов России… Мне бы хотелось подчеркнуть важный момент, следы американских и европейских денег различных фондов и неправительственных организаций не должны создавать ошибочного мнения, будто киргизы предают Россию, отворачиваются от нее. Это не так. Сколько бы денег ни вложили в киргизов с Запада, они останутся, на мой взгляд, верными России. Киргизский парламент Жогорку Кенеш – единственный парламент в постсоветских странах, который всерьез обсуждал возможность обращения к президенту и руководству России с просьбой принять Киргизию обратно в состав России (до того как стать союзной республикой СССР, Киргизия некоторое время была в составе РСФСР). Киргизские семьи уезжают работать в Томск, Новосибирск, Свердловск, Иркутск, Красноярск, Читу. Они очень быстро отказываются от «вахтового гастарбайтерского» метода работы и оседают в Сибири насовсем, вместе с семьями. Выращенные в тепличных условиях жизни неправительственных организаций «лимонные», «мандариновые» и прочие «цитрусовые революции» потеряют со временем свою энергию и социальную привлекательность для постсоветских народов, а их потребительский рынок уже схлопывается до Москвы и Вашингтона. России надо набраться терпения. Для нашей страны важнее сейчас не ошибиться, сохранить лицо. Если власть начнет в Южной Киргизии стрелять в демонстрантов, то киргизы не должны считать, что в них стреляют с благословения России. Нельзя ради сохранения семейства Акаева у власти рисковать российскими интересами.

 

Интервьювер Михаил Чернов

Опубликовано http://rbcdaily.ru/politics/562949979068409