Опубликовано: Коммерсантъ Властьhttp://www.kommersant.ru/doc/1129115

Иван Коновалов

Как обычно, в начале года* «Власть» подводит итоги работы российских экспортеров вооружения. В 2008 году объем поставок достиг очередной рекордной цифры — $8,35 млрд, превысив результат предыдущего года примерно на $700 млн. Экономический кризис и отсутствие новых контрактов могут сделать этот показатель недостижимым для российского ОПК в ближайшие годы.

 

Огосударствление и кризис

В прошлом году закончились основные преобразования в структуре военно-технического сотрудничества. Интеграционная идея генерального директора «Ростехнологий» Сергея Чемезова о создании на основе «Рособоронэкспорта» и его промышленных активов единой оборонно-промышленной корпорации получила фактическое оформление. Ныне в корпорации «Российские технологии» числится 180 унитарных предприятий и госдоли в 249 акционерных обществах. Среди крупнейших активов — дочерние компании «Рособоронэкспорта» «ВСМПО-Ависма», АвтоВАЗ, КамАЗ, «Русспецсталь», «Оборонпром». В «Ростехнологиях» утверждали, что передача акций произойдет к весне этого года, а процесс интеграции ФГУПов продлится до двух лет. Однако ситуация кардинально изменилась.

Сергей Чемезов создавал свою мегакорпорацию в условиях хорошей конъюнктуры на международном рынке вооружений. Платежеспособность большинства заказчиков гарантировали высокие цены на нефть. Сейчас «Ростехнологии» вынуждены просить у государства деньги на поддержку всех приобретенных предприятий, кредиторская задолженность которых составляет 625 млрд руб., а треть из них находится на грани банкротства. При этом статус самого «Рособоронэкспорта» изменился: из единственного оружейного госпосредника компания превратилась де факто во внешнеэкономическую «дочку» «Ростехнологий». В марте 2007 года президент Владимир Путин подписал указ о предоставлении ФГУП «Рособоронэкспорт» исключительного права на экспорт конечной продукции военного назначения. Таким образом, была создана вторая после «Газпрома» экспортная монополия. Ранее кроме «Рособоронэкспорта» подобное право имели также Российская самолетостроительная компания «МиГ», Реутовское НПО машиностроения, Коломенское КБ машиностроения и Тульское КБ приборостроения. Причем РСК и Тульское КБП были достаточно успешны на оружейном рынке. Теперь ряд производителей имеют право лишь на самостоятельную продажу за рубеж запчастей и обслуживание ранее проданной военной техники. В этот список (кроме «Ростехнологий» и «Рособоронэкспорта») входит 22 предприятия и конструкторских бюро. Между тем еще в начале реструктуризации российского оборонно-промышленного комплекса в декабре 2002 года комиссия по вопросам военно-технического сотрудничества с иностранными государствами приняла принципиальное решение о том, что крупные производители вооружения и военной техники будут иметь право на «осуществление внешнеторговой деятельности в отношении продукции военного значения». Однако Сергей Чемезов сумел изменить схему, замкнув всю систему ВТС на «Рособоронэкспорт».

В прошлом году продолжилось огосударствление и других оборонных холдингов. Благодаря допэмиссии доля государства в капитале Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) увеличилась до 91,3%. Однако завершению процесса создания ОАК все еще мешает тяжелое экономическое состояние РСК «МиГ». Чистый убыток корпорации в 2008 году составил 11 млрд руб., а общий долг достиг к настоящему моменту 44,8 млрд руб. Поэтому было решено выделить из федерального бюджета 15 млрд руб. на увеличение уставного капитала РСК. В январе этого года для выхода из кризиса генеральным директором РСК на три года был назначен Михаил Погосян, возглавляющий АХК «Сухой» — самый успешный на настоящий момент авиационный холдинг. По словам главы ОАК Алексея Федорова, работа Михаила Погосяна будет направлена на формирование в рамках ОАК бизнес-единицы «Боевая авиация». В 2008 году вертолетный холдинг «Вертолеты России» был утвержден исполнительным органом почти всех предприятий отрасли. Частной остается компания «Роствертол», где у Росимущества и «Оборонпрома» («дочка» «Рособоронэкспорта») всего 26,6%. Процесс национализации затянулся и с Казанским вертолетным заводом, по поводу которого продолжаются переговоры с властями Татарстана.

В мае 2008 года председателем совета директоров холдинга «Объединенная судостроительная корпорация» (ОСК) стал вице-премьер Игорь Сечин. Основной причиной этого назначения, по неофициальной информации, явилась «пробуксовка» в формировании ОСК, и вице-премьерский административный ресурс должен был ускорить этот процесс. Уже в октябре Игорь Сечин обратился с письмом к президенту Медведеву, обвинив министерство обороны в создании препятствий в формировании холдинга. Он утверждал, что военное ведомство намеренно тормозит процесс акционирования своих судоремонтных заводов. С подачи Сечина президентом ОСК стал первый заместитель гендиректора «Рособоронэкспорта» Владимир Пахомов.

В марте 2008 года в рамках формирования бронетанкового холдинга было зарегистрировано головное ОАО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод»». Его возглавил Николай Малых — гендиректор ФГУП «ПО «Уралвагонзавод»», на базе которого и создается холдинг. В настоящий момент предприятие находится в глубоком кризисе: остановлено гражданское вагоносборочное производство, 11 тыс. человек отправлены в отпуск.

Экономический кризис устранил главное препятствие на пути формирования государственной Объединенной двигателестроительной корпорации (ОДК). Мажоритарный акционер НПО «Сатурн» (основной разработчик гражданских и военных авиадвигателей) Юрий Ласточкин проиграл в длившейся несколько лет борьбе с «Оборонпромом». Частники продали «Оборонпрому» (госагент в создании двигателестроительного холдинга) 48,8% акций «Сатурна» и 58,7% подчиненного ему Уфимского МПО. В обмен на национализацию государство спасло «Сатурн» от банкротства: ВТБ объявил об открытии кредитной линии в 11,5 млрд руб., а «Газпром» — об увеличении закупок продукции «Сатурна» (в 2009 году — с 870 млн до 1,8 млрд руб.). Юрию Ласточкину обещана должность в будущей ОДК. В конце 2008 года распоряжением правительства создано ОАО «Управляющая компания ОДК» (100% акций принадлежат «Оборонпрому»), а в уставный капитал «Оборонпрома» в обмен на его допэмиссию переданы госпакеты акций во всех моторостроительных компаниях.

Экономический кризис в разной степени коснулся всех предприятий ОПК. «Ростехнологии» вынуждены просить денег у государства. Резко сократился доступ к кредитным ресурсам государства. Забыты масштабные инвестиционные проекты. В общей сумме на антикризисную поддержку промышленности (629 млрд руб. на 2009 год) оборонным предприятиям выделено 50 млрд на повышение капитализации и 100 млрд — на госгарантии по кредитам. С учетом того что «Ростехнологии» и другие оборонные «чемпионы» получат деньги в первую очередь, для всего ОПК эта сумма оказалась очень скромной. Главная надежда для ОПК — гособоронзаказ. Минпром уже объявил, что его сокращать не будут, поскольку «может остановиться целый ряд предприятий». Военный бюджет на 2009-2011 годы составит около 4 трлн руб.

Однако существуют и позитивные тенденции. По мнению заместителя директора Центра анализа стратегий и технологий Константина Макиенко, «снизились издержки производства, ввиду того что упали цены на металлы. Прекратился рост стоимости рабочей силы. Укрепление доллара повысило рентабельность экспортных контрактов, большинство из которых номинировано в долларах». По словам эксперта, рентабельность ряда важнейших экспортных контрактов стала отрицательной при падении доллара ниже отметки 25 руб. Сейчас, когда курс доллара превысил 35 руб., эти контракты снова вернулись в «зеленую зону».

 

Ускользающая Индия

Портфель заказов на конец года достиг $34 млрд, из которых $16 млрд приходится на индийские контракты. В то же время главной точкой напряжения в области ВТС стали именно российско-индийские отношения. После долгих переговоров индийская сторона согласилась на дополнительное финансирование контракта на восстановление тяжелого авианесущего крейсера (ТАКР) «Адмирал Горшков», который должен был быть сдан в конце прошлого года. Однако этот срок, по настоянию российской стороны, был перенесен на 2012 год. По заявлению руководства «Севмаша», ТАКР «Адмирал Горшков» готов наполовину. Подписанный в 2004 году контракт оценивался в $1,5 млрд, включая поставку 16 палубных истребителей МиГ-29К. Однако в конце 2007 года российская сторона потребовала добавить к первоначальной цене еще $1,2 млрд. В результате индийцы отказались возобновить платежи по контракту, которые были остановлены в январе 2007 года. Конфликт удалось отчасти урегулировать только во время визита президента Медведева в Дели в декабре 2008 года, однако переговоры об окончательной цене продолжаются. Тем не менее в результате был создан «показательный» прецедент пересмотра Россией сроков выполнения военных соглашений.

В 2007 году Индия отказалась принимать модернизированные противолодочные самолеты Ил-38SD из-за неполадок с новой поисково-прицельной системой «Морской змей» и приостановила оплату контракта на $150 млн. Тогда же индийские моряки отказались принять дизель-электрическую подводную лодку проекта 877ЭКМ, которая прошла модернизацию в северодвинском судоремонтном центре «Звездочка». После серии переговоров лодка вошла в строй индийских ВМС только в конце 2008 года. Командующий индийскими ВМС адмирал Суреш Мехта заявил, что Индия может «задуматься о том, куда идут наши отношения в оборонной сфере».

Но самое большое фиаско российский ОПК потерпел на «индийском фронте» в самом начале 2009 года. Минобороны Индии подписало с американской корпорацией Boeing контракт на закупку восьми самолетов базовой патрульной авиации P-8I на общую сумму $2,1 млрд. Это крупнейшее соглашение за всю историю военно-технического сотрудничества между двумя странами. P-8I должны будут заменить восемь дальних противолодочных самолетов Ту-142МЭ советского производства, которые сейчас находятся на вооружении индийских ВМС. Между тем в тендере на поставку таких самолетов кроме Boeing, Lockheed Martin и других авиагигантов участвовал и межгосударственный авиационный комплекс «Ильюшин», который в итоге «вышел из игры».

В начале прошлого года Индия также подписала контракт стоимостью $962 млн на приобретение для сил спецназначения шести американских транспортных самолетов С-130J Super Hercules. Это произошло из-за задержки в реализации российско-индийского проекта по созданию среднего транспортного самолета МТА, в котором с российской стороны участвует тот же МАК «Ильюшин». Индия до сих пор остается важнейшим партнером России в области торговли вооружениями, однако последние события свидетельствуют о том, что Россия уже не единственный игрок на «индийском поле». Все эти проблемы могут оказать негативное влияние на российское участие в тендере на поставку ВВС Индии 126 многоцелевых истребителей. Стоимость контракта, подписание которого ожидается в 2011-2012 году, оценивается примерно в $9 млрд. От России в тендере участвует РСК «МиГ» с многоцелевым истребителем МиГ-35.

 

Китай и другие

Впервые за много лет в список крупнейших импортеров российских вооружений и военной техники по стоимости подписанных за год контрактов не вошел Китай. Китайцы уже давно настаивают на передаче им военных высоких технологий, в чем им неизменно отказывает российская сторона. В основном российско-китайское сотрудничество сводится к научно-исследовательским и опытно-конструкторским работам по спецзаказам или поставкам дополнительных узлов и агрегатов для уже проданной военной техники. Как объяснили «Власти» в госкорпорации «Ростехнологии», «нынешний период характеризуется переосмыслением содержания военно-технического сотрудничества со стороны как России, так и Китая». Стоит отметить, что первое большое соглашение 2009 года заключено именно с Китаем — речь идет о контракте на поставку 100 авиадвигателей для многоцелевых истребителей J-10.

Создание большого количества «пиратских копий» образцов российских и советских ВВТ (последний успешный пример — переделка в 2008 году истребителя Су-27СК в китайский вариант J-11B) делает Китай все более независимым в военной области. Более того, Китай становится конкурентом России в оружейном экспорте: в прошлом году он «перебил» российский контракт на поставку учебно-боевых самолетов Як-130 в Венесуэлу, решившую вместо Як-130 закупить 24 китайских учебно-тренировочных самолета К-8 «Каракорум».

Что касается уже заключенных соглашений с эксцентричным полковником Уго Чавесом (общая сумма $4,4 млрд), то почти все крупные контракты выполнены в прошлом году. Это поставки 24 многофункциональных истребителей Су-30MK2V, 34 транспортных вертолетов Ми-17В-5, десяти Ми-35M и трех Ми-26Т. Также завершена сделка по автоматам Калашникова — сто тысяч АК-103 и АК-104, и осталось только в соответствии с контрактом построить завод по их производству. Кроме того, возможна поставка в Венесуэлу зенитных ракетных комплексов «Тор-М1» и «Печора-2М». В прошлом году велись переговоры, однако так и не были заключены контракты на поставку в эту страну БМП-3М и подводных лодок проекта 636. Теперь же, учитывая низкие цены на нефть и непрочность положения президента Чавеса, ожидать новых серьезных оружейных сделок с Венесуэлой довольно сложно.

Долгое время эксперты предсказывали новый «прорыв» на одном из самых перспективных оружейных рынков — Ближнем и Среднем Востоке. Но этого не произошло. Переговоры Владимира Путина и Муамара Каддафи в 2008 году так и не вернули Ливию в ряды крупных импортеров российского оружия — ливийцы пока ограничились подписанием контрактов на ремонт бывшей советской техники. В прошлом году Алжир вернул России 15 истребителей Миг-29СМТ, которые в итоге купило Министерство обороны РФ. Этот возврат поставил точку в истории с «миговской» составляющей большого алжирского пакетного соглашения ($8 млрд), подписанного в марте 2006 года, в рамках которого планировалось поставить 28 МиГ-29СМТ и шесть МиГ-29УБ. Алжирская сторона мотивировала это решение плохим техническим состоянием самолетов. Однако в российском ОПК настаивают, что срыв контракта произошел из-за противоречий внутри военного руководства Алжира и противодействия США и Франции. Если поставки вооружений для сухопутных войск Алжира (эта часть контракта включает четыре ЗРК С-300ПМУ-2, 38 зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь-С1» и 185 танков Т-90С) курирует начальник генерального штаба Салах Ахмед Гаид, представитель клана, лояльного президенту Абдельазизу Бутефлике, то поставки для ВВС контролирует соперничающий с президентом клан.

Прошедший год так и не внес ясности в отношения России с Ираном в области ВТС. В СМИ лишь появлялись сообщения о продаже этой стране комплексов ПВО С-300, которые тут же опровергались «Рособоронэкспортом» и российским МИДом. Как считает директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов, «Иран сдают в обмен на отказ американцев от планов развертывания в Европе третьего позиционного района системы ПРО. Между тем этот рынок может давать $300-500 млн ежегодно». В феврале 2008 года после переговоров президента Путина и главы МИД Саудовской Аравии Сауда аль-Фейсала было объявлено об «оружейной сенсации». В обмен на свертывание российско-иранского сотрудничества в сфере ВТС Саудовская Аравия предложила произвести массовые закупки российского оружия и за пять лет довести общий объем военного и гражданского сотрудничества до $50 млрд. Заявлялось, что до конца 2008 года будет подписан контракт на поставку свыше ста БМП-3 ($200 млн), 150 танков Т-90С ($600 млн), а также что ведутся переговоры о продаже в Саудовскую Аравию 161 вертолета типов Ми-17, Ми-35 и Ми-26 на общую сумму примерно $1,6 млрд. Кроме того, Саудовская Аравия обещала России участие в создании комплексной системы ПВО страны. Однако дальше заявлений дело не пошло, и России так и не удалось пробиться на саудовский оружейный рынок. Неудачей закончились и переговоры с Объединенными Арабскими Эмиратами о продаже ЗРК С-400 на несколько миллиардов долларов. Сейчас ОАЭ закупает американские зенитные ракетные системы Patriot.

На фоне всех этих неудач утешительным призом выглядят контракты 2008 года с «нетрадиционными» клиентами. Член Североатлантического блока Турция закупила партию противотанковых ракетных комплексов, а традиционно ориентированные на Запад Бразилия и Таиланд приобрели боевые и транспортные вертолеты. Можно также отметить «вскрытие» оружейного рынка Центральной Азии: Туркменистан закупил в прошлом году российских ВВТ на $370 млн (ракетные катера и реактивные системы залпового огня «Смерч»).

Номинально Федеральная служба по военно-техническому сотрудничеству прогнозирует увеличение стоимости поставок до $8,56 млрд. Однако, по оценке Центра АСТ, в 2008 году российский ОПК, возможно, вышел на предельный уровень в реальных ценах. Причины этого — низкие мировые цены на углеводороды вкупе с глобальным финансовым кризисом и частая неспособность российских предприятий выполнять в срок и качественно взятые на себя обязательства. Рынок вооружений увеличивается пропорционально росту цен на углеводороды, и в прошлом году ни одного большого контракта заключено не было. Общая сумма известных контрактов, подписанных в 2008 году, составляет $4,29 млрд. Это самый низкий показатель за последние несколько лет. И если учесть тот факт, что объем реализованных поставок превышает данную цифру в два раза, можно предположить, что российский ОПК практически исчерпал накопленный портфель заказов.