КНИГА: Коновалов И.П., Валецкий О.В. "Эволюция частных военных компаний"

Коновалов И.П., Валецкий О.В.

В Российской Федерации, в силу отсутствия законодательной базы и нежелания властей заниматься вопросами ЧВК, развитие частного военного бизнеса уже много лет находится на «нулевой отметке». Президент Владимир Путин заявил весной 2012 года, что не против создания в России частных военных компаний. Таким образом, глава государства внес некоторую ясность в этот вопрос. Но каких-либо практических шагов законодательная и исполнительная власти пока не предприняли.

Весной 2004 года компания Erinys Iraq Limited наняла группу из 15 россиян и украинцев, а затем в 2005–2006 годах еще около 20 россиян. Один из них Олег Тингаев погиб, подорвавшись в машине на самодельном взрывном устройстве 5 июня 2006 года под Бакубой. Можно упомянуть и деятельность охранной структуры российской нефтяной компании «Интерэнергосервис» в Ираке, которая потеряла в мае-июле 2004 года четырех человек убитыми: Конарева, Коренкова, Овсянникова и Данкина.

Впоследствии в Ираке появилась и российская охранная организация «Антитеррор». Она была зарегистрирована в 1998 году в Орле как «Региональная общественная организация бывших военнослужащих войск специального назначения «Р.О.С.А.-Спецназ-Орел», а в 2003 году на ее базе при содействии Союза десантников России и было создано «Негосударственное образовательное учреждение» — учебный центр «Антитеррор». Имея прямую поддержку из Москвы, центр смог подписать договоры с российскими фирмами «Татнефть», «Энергоинженеринг» и «Русская инженерная компания» на охрану их иракских объектов и персонала в 2005–2007 годах.

Центр с 2004 по 2007 год участвовал в охране международных миссий в Ираке, при нем действовал отряд «Тигр Топ-рент секьюрити». Этот отряд сотрудничал с британской компанией Erinys. Затем ряд его служащих закончили «Израильскую школу подготовки стрелков-охранников конвойных групп, саперов и радиоинженеров» и позднее основали аналогичный учебный центр «Редут-антитеррор и военная патриотика». В 2009 году они получили российско-иракский контракт для работы в иракском Курдистане.

Стоит отметить, что в американо-британс­кой системе ЧВК боевой опыт выходцев из бывшего СССР в целом остался невостребованным. В довершение всего, участие россиян в работе западных ЧВК было запрещено прямым указанием военного командования США в Ираке. Именно этот запрет стал причиной увольнения в 2006 году группы российских граждан, работавших в компании Erynis. После этого граждане России могли работать лишь в российских компаниях в рамках совместных с иракской стороной проектов. Но и в этом случае разрешения на оружие и охранную деятельность МВД Ирака выдавались россиянам крайне неохотно.

На тот момент в Ираке единственную реальную и надежную власть представляла Временная коалиционная администрация, с которой российское правительство контактов не имело, тогда как местное правительство, с которым такие контакты безуспешно налаживались после 2004 года, было полем политической борьбы различных партий и общин Ирака. Россияне попросту были лишены какой-либо поддержки своего государства и возможности лоббировать свои интересы.

По окончании войны 2003 года Россия возобновила переговоры с новым руководством страны по возобновлению контракта на разработку месторождения Вест-Курма на юге Ирака, запасы которого оцениваются в 20 млрд баррелей нефти. Соглашение об этом было подписано в 1998 году с правительством Саддама Хусейна. Предполагалась, что российская компания «Лукойл» будет иметь 68,5% акций в проекте, предположительная сумма контракта составляла 6 млрд долларов. Однако процесс возобновления контракта шел с большими трудностями, все упиралось в лоббирование проекта в коридорах власти, как иракского правительства, так и международной администрации, в чем так искушены западные ЧВК в Ираке. «Лукойл» с помощью своего партнера — американского нефтяной компании Conoco-Phillips (отдельные контракты имелись и с другой американской компанией Refinery Associates of Texas) начал поиски новых иностранных партнеров — частных военных компаний. Иные организации просто не в состоянии были обеспечить поддержку в американском военном командовании данному проекту.

К данному контракту проявили интерес, прежде всего, британские компании Erinys Iraq Limited и Olive Security, а также компания Armor Group, имевшая свое представительство в Москве. Впоследствии к данному вопросу подключалась американская компания Kroll, но она достаточно быстро была вытеснена своими британскими конкурентами. В итоге была выбрана Erinys. Компания начала в 2006 году набор кандидатов в Москве, однако в ноябре в Лондоне умер от отравления полонием-210 бывший подполковник ФСБ Александр Литвиненко, представлявший интересы Erinys. За этим последовало закрытие в 2007–2008 годах представительств Британского совета в России, арест в марте 2008 года братьев Заславских «при попытке получения закрытой информации, составляющей коммерческую тайну, от гражданина России, сотрудника одного из режимных предприятий нефтегазового комплекса страны», обыски в офисах компаний TNK-BP и BP Trading Ltd. Российско-британские отношения резко ухудшились. Естественно, что иракский контракт «Лукойла» был сорван. Попытки возобновить его провалились, несмотря на то, что этот вопрос обсуждался на российско-иракской межправительственной комиссии с участием представителей «Лукойла» в Москве в декабре 2006 года. Не помогла делу и личная встреча президента Ирака Джалала Талабани с представителями российских компаний, в том числе и «Лукойла». В сложившейся обстановке британские партнеры отказались от участия в проекте. Лишь в 2010 году был подписан контракт на работу компании «Лукойл» на месторождении Вест-Курма, причем вопросы безопасности и поиска подрядчиков получило в свое ведение «лукойловское» охранное предприятие «Луком-Б», которое в свою очередь установило партнерские отношения с рядом ЧВК в Ираке, в первую очередь с компанией Sabre.

Широкий же выход России на международный рынок ЧВК пока невозможен как в силу отсутствия господдержки и законодательной базы, так и в силу исторических традиций негативного восприятия военных профессионалов почти исключительно как наемников. Существовавшие в начале 1990-х годов возможности, когда мировой рынок частной военной силы только формировался, были упущены. Кроме того, выход российских ЧОПов на международный рынок оказался куда более трудным, чем представлялось руководству ряда охранных предприятий и ассоциаций, так как за границей оказались не слишком восприимчивыми к привычным для России апелляциям к боевым заслугам этого руководства, упор западными нанимателями делался на профессионализм, дипломатические и финансовые способности.

Сейчас «прорваться» на рынок могут только получившие права самостоятельных экономических и юридических субъектов службы безопасности и охранные предприятия больших отечественных госкорпораций. Пример уже существует — охранное предприятие «Луком» нефтяного концерна «Лукойл». В России всего 20 тысяч ЧОПов и 4 тысячи крупных служб безопасности.

Промежуточный шаг уже был сделан. В июле 2007 года Госдума и Совет Федерации одобрили закон «О поставках продукции для федеральных государственных нужд», в котором оговаривалось, что особые подразделения АК «Транснефть» и ОАО «Газпром» «имеют право использовать и применять служебное оружие и спецсредства для обеспечения сохранности продукции, поставляемой для федеральных государственных нужд, и охраны объектов ее добычи, переработки, хранения и транспортировки, а также для обеспечения сохранности иного имущества, необходимого для выполнения государственных контрактов, в том числе при его транспортировании». Охранные структуры «Газпрома» и «Транснефти», после подписания данного законопроекта президентом РФ Владимиром Путиным 1 августа 2007 года, получили права ведомственной охраны, то есть по сути сотрудников министерства внутренних дел.

Но с этого момента ситуация с ЧВК в России стагнирует и остается абсолютно неясной. Пока всего несколько российских ЧОПов смогли получить определенный опыт работы как частные военные компании в Ираке — «Орел-Антитеррор», «Тигр Топ-рент секьюрити», «Редут антитеррор» и «Феракс».

Некоторый опыт россияне получили также, работая в Афганистане по вертолетным контрактам. В странах бывшего СССР, как и в странах Восточной Европы, в частности в бывшей Югославии, появился целый ряд компаний, которые стали предлагать в аренду вертолеты Ми-8/17 и Ми-26 с экипажами. 14 июля 2009 года в Афганистане был сбит вертолет Ми-26 молдавской авиакомпании с украинским экипажем; 19 июля 2009 года талибами был сбит вертолет Ми-8 российской компании «Вертикаль-Т», который был арендован через молдавскую компанию Pecotox Air. В последнем случае вертолет был нанят частной американской компанией Supreme Global Service Solutions, которая осуществляет снабжение военнослужащих НАТО в Афганистане. Вертолеты Ми–8 и Ми–26 из России и Украины нанимались западными компаниями непосредственно в офисах российских и украинских компаний в аэропортах Кабула и Кандагара, а сами полеты осуществлялись по лицензиям афганских компаний. Известно, что готовился договор России и Североатлантического альянса о предоставлении в аренду российских вертолетов с экипажами для международных сил НАТО в Афганистане.

 

КНИГАКоновалов И.П., Валецкий О.В. Эволюция частных военных компаний. Пушкино: Центр стратегической конъюнктуры, 2013. – 138 с.