Опубликовано: Русский журналhttp://www.russ.ru/pole/Ostalas-raboche-krest-yanskoj

Иван Коновалов

Реформа Российской армии — как футбол, медицина или школьное образование. Все в ней все понимают и точно знают, как все исправить. В Кремле, в Министерстве обороны, в Генеральном штабе, в независимых и зависимых экспертных сообществах созданы бесчисленные количества концепций, доктрин и всеобъемлющих формул. И конечно, в этом участвует Комитет солдатских матерей и самые разнообразные правозащитные организации. И просто российский народ вне зависимости от национальной принадлежности. У нас пока большая часть мужского населения все еще относится к категории «служивших». Но эта цифра стремительно уменьшается. Я, кстати, тоже отслужил два года рядовым в Советской армии, поэтому знаю, о чем говорю.

Проблемы обсуждаются, в принципе, одни и те же:

  • потеря престижа воинской службы,
  • переход от призыва к контракту,
  • необходимость структурной реформы армии,
  • кардинальное перевооружение,
  • понимание того, к какой войне должны готовиться Вооруженные силы.

И ничего не меняется. Более того, до сих пор не ясно, идет ли, собственно говоря, сама реформа. Реформа подразумевает фундаментальное изменение ранее существовавшего положения вещей. Но что изменилось за последние семнадцать лет жития при «суверенном капитализме»? Во времена Бориса Ельцина Вооруженные силы ускоренными темпами сокращались, военная техника и вооружения, те, что не продавались за рубеж, уничтожались согласно разнообразным договорам. При Владимире Путине этот фатальный процесс был приостановлен.

С тех пор правительственные СМИ трубят о возрождении Российской армии. Конечно, какая-то техника, в весьма скромных количествах, поступает в войска. Россия точно обозначает свои приоритеты и не боится идти на конфликт с США в самых «неудобных» вопросах». Абсолютно гражданский (в том смысле, что далекий от военных дел настолько, насколько может быть далек директор мебельного магазина) министр обороны Анатолий Сердюков учинил форменный разгром в «Арбатском военном округе», сокращает безмерно разросшийся генералитет, пытается навести порядок в армейских финансах. Срок службы для срочнослужащих уже уменьшили до одного года.

Но все это количественно-пропагандистские показатели, которые вовсе не являются свидетельством какого-то реформирования. Положение вещей фундаментально не изменилось, то есть качественного скачка так и не произошло.

Прежде всего, наши армия и флот так и остались советскими, а скорее, даже рабоче-крестьянскими. Они не будут защищать завсегдатаев Куршевеля, владельцев «Челси» и оптовых покупателей яиц Фаберже. Основа вооруженных сил — не штабные и тыловые генералы, у которых при любой власти всегда все нормально (я не говорю о настоящих боевых генералах, которых сам наблюдал, например, в Чечне, — это образец мужества и чести), а несчастные замордованные офицеры линейных частей.

Нищенское денежное довольствие, проблемы с жильем, бесконечные выволочки начальства и инструкции о том, как воплощать вышеупомянутые военные реформы в жизнь. Если среднестатистический офицер получает возможность на гражданке прилично зарабатывать, он тут же кладет на стол командира рапорт об увольнении. Он и служить бы рад и не за большие деньги, да только не понимает ради чего. Ведь все телеканалы, кроме «Звезды», ежедневно объясняют, что «бабло (уверен, каждый знает значение этого слова) побеждает зло», а «защита Отечества» — понятие устаревшее и совсем не модное. Нужен даже не механизм, а целая продуманная идеология, чтобы встроить офицерский корпус в этот самобытный капиталистический социум. Ведь дело не в государственном строе, просто за державу обидно. Это должно было бы стать национальным проектом, выходящим за пределы исключительно армейской компетенции.

Комплектование войск. Можно сократить срок службы для срочников и до шести месяцев. Вопрос в том, чем они будут заниматься во время службы. Все так же строить дачи для генералов или идти в наем к бизнесменам по бартеру для поддержания существования энских частей? Для подготовки не специалиста по высокоточному оружию, а обычного стрелка, водителя бронетранспортера или гранатометчика необходимо максимум полгода при условии ежедневных жестких тренировок. Что опять же даст возможность урезать генеральский штат. Армейская прокатка молодых людей сама по себе ценна, дело не в ее продолжительности. Если у тебя не было жизненного уличного опыта, казарменный опыт его с лихвой компенсирует и ты пробьешься по жизни не хуже Аль Капоне или Квентина Тарантино. Плюс получишь профессию, которой будешь гордиться, если даже никогда не используешь.

Превратить армейскую службу из тяжкой повинности в привилегию, которая дает «путевку в жизнь» и учит навыкам дальнейшего карьерного роста на любом поприще, — вот что должно быть главной задачей всех военных реформаторов. Любой, кто служил, знает, что нынешняя армейская машина слабых смертельно пугает, а сильных доводит до бешенства своей бессмысленностью и беспощадностью.

В этом и ключ к управлению дедовщиной. Ее невозможно полностью уничтожить. В разных формах она существует во всех армиях мира. Но надо различать дедовщину и беспредел, которым действительно больна Российская армия. Дедовщина — примитивная иерархическая система. Более опытные «старики» управляют неопытными «молодыми». Но беспредел — это когда наглые подонки избивают и унижают малодушных слабаков и нет никаких правил, никакой иерархии. У служащих короткий срок, и у постоянно тренирующихся солдат просто не останется времени на подобные глупости.

Поэтому делать армию полностью контрактной — путь тупиковый. Призыв необходимо сохранить и как школу мужества (без тени иронии), и как единственный инструмент для формирования управленческого аппарата страны. Тот, кто не служил в армии, не имеет права быть депутатом Госдумы или государственным чиновником, к чему стремится добрая половина молодых людей в России. Практика, успешно зарекомендовавшая себя в большинстве европейских стран.

Офицеры — всегда профессионалы. Видимо, рано или поздно профессиональный статус получат все сержанты. Бойцы спецподразделений — все профи вне зависимости от званий. Тут все просто. И это вполне достаточный сегмент профессионализма в общеармейском контексте. Оставшаяся зона должна принадлежать призыву.

Армия должна либо воевать, либо готовиться к войне. Она не должна вскапывать огороды, разводить свиней, строить коровники, красить траву в сезонный цвет к приезду начальства. Все это обычная рутина Российской армии. На Западе для этого уже существуют частные военные компании (ЧВК). Правозащитники называют их конторами по набору наемников. Но ЧВК бывают разного типа:

  • боевые — непосредственное участие в боевых действиях в интересах клиента (настоящие наемники),
  • консалтинговые — стратегическое планирование, военные реформы и тренировка войск,
  • логистические — тыловое обеспечение войск и строительство военных объектов.

Последний вариант, конечно, невыгоден для генералитета, но выгоден для нашей армии. Передача военной логистики в частные руки уничтожит рабский солдатский труд. Ведь проще подписать контракт с гражданской фирмой на энное количество услуг под конкретную сумму и в случае невыполнения задания выставить неустойку, чем долго и безрезультатно выяснять, куда делись бюджетные деньги. А для армии останутся только боевые и тренировочные задачи.