Иван Коновалов

Неделя не проходит без очередного сообщения о захвате сомалийскими пиратами грузового или пассажирского судна. В акватории вокруг Африканского Рога антипиратскую вахту несут боевые корабли более 40 стран, в том числе и России. Однако активность пиратов не снижается. Транспортные компании несут многомиллионные убытки. И окончательное решение этой «флибустьерской» проблемы мировое сообщество пока найти не может. О том, как борются с пиратами военно-морские силы разных стран,  написано уже немало. О самих сомалийских пиратах известно меньше.

 

Межклановая гражданская война

Сомалийское пиратство — порождение гражданской войны в этой стране, которая, то затухая, то разгораясь, продолжается более 20 лет. Как единое государство Сомали не существует. Переходное федеральное правительство (уже третье по счету за последние девять лет) не контролирует территорию страны, которая распалась на множество самоуправляемых клановых анклавов, среди которых выделяются два квази-государства Сомалиленд и Пунтленд. И, по сути, продолжающаяся война — это борьба сомалийских кланов. Сомалийское общество имеет чрезвычайно сложную социальную структуру, основанную на системе кровнородственных отношений, где определяющим является происхождение от одного предка. Существует шесть племенных групп (клановых союзов) или семей кланов (clan family). Согласно основной классификации, сомалийцы объединяются в пять семей кланов или племен — дарод, дир, исаак, хавийя и раханвейн. Их основные кланы:

  • дарод — марехан, огаден, долбаханте, маджертин;
  • дир — исса, гадабурси, биймал;
  • исаак — хабр авал, хабр джало, гахарджис;
  • хавийя — хабр гедир, абгал, муросад, хавадле;
  • раханвейн — дигил, мирифле.

Согласно другой, также достаточно распространенной классификации, дигил выделяется в отдельную семью кланов. Необходимо отметить, что раханвейн и дигил считаются  «низшими» земледельческими кланами, в отличие от остальных, которые относят себя к «благородному» сословию кочевников. Итак, клановые семьи делятся на кланы, кланы — на подкланы, подкланы — на семьи и так вплоть до отдельных семей. И вражда между ними существует на всех уровнях. Известна сомалийская поговорка: «Я и Сомали — против всего мира, я и мой клан —  против Сомали, я и моя семья — против моего клана, я и мой брат — против моей семьи, я — против моего брата».

Распад государства начался в 1988 году, когда северные кланы исаак восстали против режима сомалийского диктатора Мохаммеда Сиада Барре, который сам опирался на кланы племени дарод. Вскоре в войну втянулись другие кланы. В 1991 году повстанцы вошли в столицу страны Могадишо. Сиад Барре бежал. Однако войну эту не остановило, клановые группировки развернули войну за власть между собой. В ставших «независимыми» северных Сомалиленде и Пунтленде благодаря относительной клановой однородности этих территорий сохранилось относительное спокойствие. В Сомалиленде доминируют кланы племени исаак, Пунтленде — клан маджертин племени дарод. Основная борьба шла и продолжается в Центральной и Южной частях страны, где кланы просто «перемешаны». В начале 1990-х годов в межклановую резню попыталось вмешаться международное сообщество. Однако непонимание местных реалий привело к провалу гуманитарной интервенции ООН и США в Сомали в 1992-1995 годах и фактическому бегству миротворцев. Самым известным событием этой интервенции стала «Битва в Могадишо» 3-4 октября 1993 года, когда американский спецназ понес тяжелые потери (18 убитых и 74 раненных) в бою с боевиками генерала Мохаммеда Фараха Айдида — лидера Сомалийского национального альянса (вооруженная группировка клана хабр гедир клановой семьи дарод). Операция в Сомали стоила мировому сообществу около $3 млрд. В ходе ее действий погибло 165 солдат, офицеров и гражданских служащих ООН. В то же время от 625 до 1500 сомалийцев были убиты солдатами ООН и до 8 тысяч были ранены.

Генерал Айдид умер 1 октября 1996 года от ран, полученных в бою. В Сомали осталось много клановых военных вождей или уорлордов (warlords), но ни одного, с кем бы считалось мировое сообщество. О Сомали фактически забыли. Гуманитарная помощь в страну поступала, но в целом она была предоставлена сама себе. Альтернативу анархии межклановых войн попытались представить исламистские группировки и организации, которые, основываясь на законах шариата, отстраивали на контролируемых ими территориях действенную систему безопасности. Правда, многих сомалийцев отталкивала их жесткость при применении законов шариата. В 1992-1996 годах это была исламистская организация «Аль Итихад аль Ислами», в итоге разгромленная эфиопскими войсками. В начале 2000-х годов ее наследником стал Союз исламских судов (СИС), который взял под контроль почти весь юг и центр страны. Но в конце 2006 года и СИС также был разгромлен эфиопской армией. Сейчас его место заняли группировки «Аль Шабаб» и «Хизбул аль Ислам». В ЦРУ и Пентагоне считают, что все эти организации связаны с «Аль Каидой», что, впрочем, до сих пор не доказано. Исламисты были и остаются врагами, как для правительства Сомали, так и для клановых группировок, но они стали, по сути, деловыми партнерами сомалийских пиратов.

 

Пираты гражданской войны

Традиции пиратства в регионе Африканского Рога были сильны в доколониальные времена. Протяженность береговой линии Сомали — 3,3 тысячи км. Сам регион с древних времен был морской транзитной зоной, будучи идеальным местом для буканьерских атак. Всеобщая анархия и безвластие стали благодатной почвой для расцвета флибустьерского промысла в современной Сомали. Постоянные нападения на суда начались примерно в 1991 году, сразу после коллапса властных структур. Первым зафиксированным пиратским нападением стала атака в начале 1991 года корабля MV Naviluck у побережья Пунтленда. Сама причина возникновения пиратства достаточно необычна. Сомалийские рыбаки с развалом государства, взяв на себя функции силовых структур, начали атаковать и захватывать в сомалийских территориальных водах суда иностранных браконьеров, чтобы защитить свои рыболовные угодья. Периодически захватывались, впрочем, и корабли ООН с гуманитарной помощью. За освобождение кораблей они вскоре начали требовать выкуп и быстро поняли, что это намного выгоднее, чем сам рыболовный промысел. Подобный бизнес был по достоинству оценен лидерами различных клановых группировок, которые увидели в этом еще один источник дохода, наравне с контрабандой оружия или данью, взимаемой с местных бизнесменов. Они стали брать пиратские группы под свое покровительство и вооружать за свой счет. С 1993 по 2005 годы были зафиксированы более 700 случаев пиратских нападений, хотя далеко не все из них были успешными.

Тотальная бедность и безработица множили пиратские ряды. Поначалу на пиратский феномен Африканского Рога морские транспортные компании не обращали внимания, но несколько лет назад ситуация начала резко ухудшаться. Переломный момент в развитии пиратского бизнеса Сомали наступил в 2005 году. До этого они действовали по большей части в прибрежных водах. Морское международное бюро еще в начале 2000-х годов рекомендовало экипажам судов держаться от сомалийского берега за пределами 200-мильной зоны. Однако именно в 2005 году пираты значительно расширили район своих операций, выйдя за пределы этой исключительной зоны. Их тактика стала намного агрессивнее. Тут же начало расти количество атакованных и захваченных кораблей, а главное, расширился «ассортимент» — от частных яхт до танкеров и даже пассажирских лайнеров. С этого момента сомалийское пиратство стало чрезвычайно активной частью международного информационного поля и серьезной головной болью для судовых компаний.

 

Сомалийское «береговое братство»

Стоит отметить, что самым «чистым» в пиратском отношении из всех сомалийских морских регионов остается Сомалиленд. Это никем не признанное государство имеет неплохую береговую охрану, оснащенную быстроходными катерами. В портах действуют службы безопасности. Поэтому случаи пиратства здесь редки. В соседнем Пунтленде ситуация намного хуже. Береговая охрана невелика и слабо оснащена — всего около десяти небольших катеров. К югу от Пунтленда все береговая линия, формально являющаяся зоной ответственности правительства Сомали, абсолютно бесконтрольна.

В настоящий момент существует два основных районов базирования сомалийских пиратских группировок. Первый расположен в небольшом городке Харардере, от которого к северу  по побережью разбросаны другие более мелкие базы вплоть до города Эйл, который находится на границе с Пунтлендом. По данным береговой охраны Пунтленда, здесь действуют около тысячи пиратов. В Эйле создали свои базы известные в регионе пиратские боссы Гарад Мохамуд Мохаммед и Фарах Херси Кулан «Бойя». Здесь примерно тринадцать пиратских групп.

Члены этого «берегового братства» называют себя довольно остроумно — «Сомалийская морская пехота». Эта пиратская группировка еще в конце 1990-х годов стала первой в истории современного сомалийского пиратства относительно организованной структурой. Позже организационную структуру «морпехов» и методы работы начали копировать ставшие появляться одна за другой новые пиратские группы. Официально пираты продолжают декларирировать, что они борются, прежде всего, с иностранными браконьерами. Действительно, по данным ООН, в сомалийских водах незаконным ловом рыбы занимаются до 700 иностранных судов. Некоторые из них вооружаются крупнокалиберными пулеметами, другие берут на борт вооруженную охрану. Нередко противники устраивают между собой небольшие морские сражения.

На короткий срок с мая по декабрь 2006 года «сомалийские морпехи» свернули свою деятельность, после того как Харардере был захвачен отрядами Союза исламских судов (СИС). Исламисты, взявшие под контроль почти весь юг и центр, объявили пиратам тотальную войну. Во-первых, они считали, что морской разбой, как и любой другой вид бандитизма, противоречит законам шариата. А, во-вторых, исламисты считали пиратские группировки частью клановых вооруженных группировок, с которыми они вели беспощадную борьбу. По сути, исламские суды имели серьезную возможность полностью уничтожить пиратство, поскольку действовали они жестко, не ограничивая себя никакими «законами войны», в отличие от западных стран. Надо отметить, что в период правления Союза исламских судов произошло всего десять пиратских нападений на корабли. Для сравнения, за этот же период (май-декабрь) 2005 года их было 35. Но после разгрома СИС эфиопскими войсками в декабре 2006 года, «морпехи» вернулись на свои базы и вновь взялись за старое.

Другой крупный пиратский синдикат под тоже не лишенным юмора названием «Сомалийская национальная добровольческая береговая охрана» создал свою базу на острове Койама близ крупнейшего на юге порта Кисмайо. В районе Кисмайо у пиратов еще две базы в местечках Хомбой и Эль Дере. Первая база имеет достаточно открытый статус, ее беспрепятственно посещают местные жители, вторая — закрытая территория, здесь находятся оружейные склады и материально-технического обеспечения. Пираты Кисмайо в своих заявлениях часто позиционируют себя как филиал группировки в Харардере. В ноябре 2008 года все основные пиратские группы провели в Харардере трехдневное совещание, в ходе которого был создан комитет по координации их действий. Комитет возглавил Мохаммед Абди Хаер. Его сын взял на себя непосредственное управление взаимодействием группировок, а муж сестры был назначен военным руководителем комитета.

Надо отметить, что в клановом отношении пиратские группы достаточно смешаны. В пиратских группах Кисмайо есть представители всех кланов, живущих на сомалийском побережье, из клановых семей дарод и хавийя, а также представители этнических групп несомалийского меньшинства банту. В Харардере ситуация схожая, однако в руководстве доминируют кланы сулейман и салебан племени хавийя.

 

Структура пиратских отрядов

Флибустьерские синдикаты и в Харардере, и в Эйле, и в Кисмайо состоят из нескольких десятков групп. В Кисмайо организационно эти группы разбиты на  два отряда:

  • береговая группа прикрытия;
  • непосредственно пиратская группа, действующая в море.

Группа прикрытия охраняет базу, а также выдвигается непосредственно на побережье, если у морской группы возникают проблемы. В ней обычно примерно 30 боевиков и три «технички». «Техничка» (technical) — неизбежный атрибут большинства  африканских войн. Это джип или открытый грузовичок, на котором установлен крупнокалиберный пулемет или безоткатное орудие. «Техничка» — основная единица «бронетехники» любой сомалийской вооруженной группировки или криминальной группы. Морская группа разбита на две подгруппы по 12 человек. Они работают вахтовым методом. Одна подгруппа выходит в океан рано утром и находится примерно в 150 км от побережья, высматривая добычу. Вторая подгруппа ждет у берега, затем меняет первую через 15 часов, либо, в случае необходимости, выходит на помощь первой. Связь между ними поддерживается по спутниковым телефонам.

Организационная структура пиратских групп в Харардере более сложная и продуманная. Она состоит из четырех частей:

  • непосредственно пиратская группа;
  • группа лоцманов, состоящая из бывших рыбаков;
  • группа планирования;
  • группа специалистов по переговорам.

 

Пиратские синдикаты имеют разветвленную разведывательную сеть. Их информаторы находятся почти во всех портах Сомали, а также в Кении и Судане. Синдикаты Харардере и Кисмайо обмениваются информацией, предоставляют друг другу суда и моторные лодки. Очень часто они действуют сообща. Например, захват  в ноябре 2008 года саудовского танкера Sirius Star осуществлялся совместными командами. Операцию спланировали и руководили ей представители Харардере, они же вели переговоры о выкупе. Абордажные же команды состояли из бойцов из Кисмайо. Танкер был освобожден за $3 млн 9 января 2009 года. Самый большой же выкуп в $3,2 млн пираты получили в феврале 2009 года, вернув украинское судно «Фаина» с грузом танков Т-72 и оружия на борту, которое было захвачено 25 сентября 2008 года.

 

Вооружение и тактика

Пираты используют самый разнообразный малотоннажный транспорт: катера, моторные лодки, рыболовецкие суда. Самые популярные — быстроходные фибергласовые лодки с мощными моторами, которые здесь прозвали «Вольво». В прибрежных водах они действуют самостоятельно. В отрытом океане они оперируют с «материнского судна», замаскированного под рыболовецкое доу, которое может брать на борт до шести лодок. Вооружение абордажных команд стандартное — автоматы Калашникова и гранатометы, пулеметы РПК, ПКМ и ДШК. Однако есть данные, что они пытаются закупить более мощное и современное оружие — противотанковые ракетные комплексы и магнитные мины. Техническая экипировка на высоком уровне — система глобального позиционирования и автоматическая система идентификации, спутниковые телефоны. Часто пираты используют фальшивый сигнал бедствия, для того чтобы заманить проходящий мимо корабль в ловушку. Поскольку в данной акватории очень часто терпят бедствие небольшие и старые суда, на которых пытаются покинуть страну беженцы, этот обманный прием срабатывает.

 

Исламистский партнер

Несмотря на то что отряды Союза исламских судов в свое время безжалостно уничтожали пиратские базы, с наследником СИС — исламистской группировкой «Аль Шабаб» — пираты наладили взаимовыгодные отношения. Союзниками они не являются. Однако их интересы пересекаются, а, кроме того, и пираты, и исламисты — противники Переходного федерального правительства. Еще один общий враг — антипиратская морская группировка международного сообщества. Некоторые пиратские группы платят «Аль Шабаб» за «крышу». Это от пяти от 10% от каждого выкупа за отпущенный корабль. Если группа нанимает инструкторов группировки, то цена возрастает до 20%, в случае же, если «Аль Шабаб» финансирует пиратскую операцию, то его доля возрастает до 50% от выкупа. Для местных бизнесменов, финансирующих операции пиратов (а это широко распространенная практика), фиксированная ставка — 20% от выкупа. Остальные деньги распределяются следующим образом: 30% забирают абордажные команды, 10% получает местная клановая милиция, 20% инвестируется в будущие операции, 20% отдается местным клановым органам самоуправления.

Еще одна область пиратско-исламистской кооперации — сопровождение судов с оружейной и прочей контрабандой для «Аль Шабаб».  И очень часто пираты получают плату за это тем же оружием. Вот один из примеров подобной сделки, приведенный изданием Jane’s Defense Weekly. За услуги по сопровождению судна нелегального торговца оружием одна из пиратских групп из Харардере получила 20 автоматов Калашникова, четыре снайперских винтовки, 60 магазинов и 300 цинков с патронами к ним, 12 ручных пулеметов Калашникова, 30 магазинов и 280 цинков с патронами к ним, четыре зенитки ЗУ-23 и 400 ящиков с боеприпасами, 24 пистолета Токарева, два глушителя и 280 коробок с патронами, 8 РПГ-7 и 80 выстрелов к ним. Общая цена — 200 тысяч долларов. И в случае даже, если корабль контрабандистов идет без конвоя, пираты его не трогают, если предупреждены, что груз предназначен для «Аль Шабаб». Боевики «Аль Шабаб» сами периодически занимаются морским разбоем, однако в зоны ответственности пиратских группировок они не заходят. Например, по договору с синдикатом Кисмайо, исламисты действуют к югу от Кисмайо, вдоль кенийского побережья, не поднимаясь к северу.

На качественно новый уровень сотрудничество пиратских синдикатов и «Аль Шабаб» вышло в середине 2008 года. 2 июня 2008 года Совет безопасности ООН принял резолюцию 1816, осуждающую все акты пиратства и вооруженного грабежа у побережья Сомали и разрешающую для борьбы с пиратством входить в сомалийские территориальные воды. Принятие резолюции инициировали США и Франция при участии Панамы (не член Совбеза). Интересно, что когда в ноябре 2005 года пираты безуспешно атаковали пассажирский лайнер Seabourn Spirit, Международная морская организация обратилась в Совбез с такой же просьбой, но ее просто не стали рассматривать.

Буквально за несколько дней до принятия резолюции 1816 французские спецназовцы штурмовали пиратскую базу близ Эйла. Уже после того как  судовладельцы выплатили выкуп в $2 млн, было освобождено круизное судно Le Ponant. Сделано это было с формального разрешения сомалийского правительства. Была захвачена небольшая часть выкупа и шесть пиратов, которых отправили во Францию. Причем пиратов захватили не на побережье. В глубине сомалийской территории, когда они пытались уйти на «техничке». 18 сентябре 2008 года команда из 30 бойцов французского спецназа отбила захваченную двумя днями раньше у берегов Сомали яхту, освободив обоих членов экипажа. В ходе боя один пират был убит, шестеро захвачены.

Агрессивная тактика французского спецназа поставила пиратов перед фактом, что теперь и на территории Сомали они не могут чувствовать себя в безопасности. В зарубежных СМИ появилось множество заявлений пиратских лидеров о том, что они намерены отомстить, а впредь намерены каждый раз давать бой интервентам. И совершенно логичным с их стороны стало решение начать тренировку своих групп боевиков  с целью повышения их боевых качеств. Ведь, по сути, они представляли собой  слабо подготовленные, хоть и вооруженные бандитские ватаги. И вот как раз для  исправления ситуации в июле 2008 года были приглашены инструкторы группировки «Аль Шабаб». Кроме того, по утверждению американских спецслужб, в пиратских группах работали инструкторы из исламистских организаций Бангладеш, Индонезии, Йемена, Ирака, Судана и Пакистана. Тренировки проводились в портах Хобьо и Эйл. Всего за обучение своих бойцов пиратские боссы потратили более миллиона долларов. Курс обучения длился 45 дней по четырем направлениям: обучение владением различными типами оружия, изучение средств современных  коммуникаций, тактика и сбор разведданных. Специальный курс войны на море пираты проходили в Эйле, где для этой цели инструкторами «Аль Шабаб» были собраны 14 быстроходных моторных лодок. Сомнительно, что подобные довольно краткосрочные тренировки действительно повысили боевой уровень отдельного сомалийского флибустьера, но, несомненно, они укрепили взаимодействие пиратов и исламистов. Во всяком случае, с этого момента в пиратских группах значительно увеличилось количество иностранных советников, которые отвечают за планирование операций.

 

Большая антипиратская охота

По данным Лондонского королевского института международных дел, общий среднегодовой доход сомалийских пиратов составляет от 18 до 30 млн долларов США, в то время как кенийские власти оценивают эту цифру как минимум в $100 млн. 8 декабря 2008 года главы МИД 27 стран Евросоюза в Брюсселе одобрили начало первой в истории ЕС военно-морской операции в Аденском заливе и у побережья Сомали под кодовым название «Аталанта». А 16 декабря 2008 года Совет безопасности ООН принял резолюцию1851, которая предполагает помимо борьбы с пиратами на море, также и наземные операции против их наземных баз, то есть боевые действия на территории Сомали. К этому времени здесь уже давно действовали боевые корабли США, НАТО и некоторых стран Индийского океана. В январе 2009 годf США сформировали объединенную оперативную группировку 151, в которую вошли три американских боевых корабля  San Antonio,  Eisenhower and  Mahan  и британский Portland. Однако присоединиться в группировке, по словам вице-адмирала Уильяма Гортни, командующего военно-морскими силами Центрального командования, хотят еще 14 стран, в том числе Австралия, Турция, ОАЭ, Саудовская Аравия и Пакистан. К концу года ее состав планируется довести до 18 кораблей.

В рамках «Аталанты» действуют шесть кораблей Великобритании, Франции, Испании, Германии и Греции. Также в этот район свои корабли послали Индия, Китай, Малайзия, Нидерланды, Пакистан и Саудовская Аравия. Российский военно-морской флот представлен в регионе с октября 2008 года, когда боевую вахту здесь начал нести сторожевой корабль «Неустрашимый». Однако пиратской активности все эти меры отнюдь не снизили. В 2009 году было 146 попыток пиратских нападений и 28 из них увенчались успехом. Для сравнения в 2008 году эти цифры составляли соответственно 120 и 40. Начиная с августа 2008 года, международные силы захватили 555 флибустьеров и 212 из них были отданы под суд, остальных разоружили и отпустили. До сих пор четко не определен статус Международного трибунала по пиратству. Кения, где предполагается его развернуть, согласна предоставить только территорию, но создавать трибунал не собирается, ссылаясь на нехватку финансов и несовершенство своей судебной системы.

В процесс давно включились частные военные и охранные компании (ЧВК и ЧОК). В 2000-2001  годах методами борьбы с пиратами береговую охрану Пунтленда обучали специалисты из британской ЧВК Hart Group. Однако контракт был разорван, когда в 2001 году в Пунтленде началась локальная гражданская война. В первой половине 2006 года правительство Сомали подписало контракт в $50 млн с американской частной военной компанией Topcat Marine Security, которая должна была бороться с пиратами. Но финансовая несостоятельность сомалийского правительства заставила компанию отказаться от контракта. Сейчас в регионе действует крупная французская ЧВК Secopex. На ее счету в этому году 11 сопровожденных судов. Известная американская ЧВК Blackwater уже не раз предлагала свои услуги, но пока серьезных успехов на этом поприще не добилась. Британская компания по безопасности Anti-Piracy Maritime Security Solutions (APMSS) предлагает услуги по вооружению судов несмертельным акустическим оружием. Однако 28 ноября 2008 года пираты атаковали испанский танкер Biscaglia, который охраняли сотрудники APMSS, и эти специалисты просто покинули корабль, когда атаку с помощью акустики отбить не удалось. Вооруженное конвоирование судов для большинства ЧВК недоступно, немногие из них обладают своими кораблями. Самый крупный такой флот у сингапурской Glenn Defense Marine, но ее зона интересов — Юго-Восточная Азия. Другой вариант, предлагаемый частниками — вооруженный эскорт на борту корабля из трех специалистов ЧВК стоимостью в $21000 в день. Однако судовладельцы весьма неохотно нанимают частников. Большинство из них опасаются, что вооруженный отпор еще сильнее разозлит пиратов, которым нечего терять, и приведет к эскалации насилия. Кроме того, ЧВК и ЧОК чрезвычайно трудно контролировать, что показал опыт их работы в Ираке и Афганистане. К тому же, захваченные корабли составляют 0,5% от общего количества проходящих через Аденский залив. Поэтому транспортные компании довольно вяло реагируют на финансовые потери от выкупов, предпочитая надеется, что их корабли «проскочат» опасную зону.

За год через Аденский залив проходит до 24 тысяч судов, сопровождать их все невозможно. Сама акватория опасного района огромна, она составляет 2 млн. кв. миль. Прикрыть ее также невозможно. Решить проблему сомалийского пиратства можно, только прекратив анархию в стране и восстановив властные структуры. Но все предыдущие подобные попытки заканчивались провалом. Ведь если просто уничтожить флибустьерские базы, а затем уйти, то пираты вскоре вернуться и все начнется сначала. Значит надо идти в глубь сомалийской территории. А сделать это можно, только начав масштабную интервенцию и взяв под контроль всю страну. Но печальный опыт прошлой интервенции 1992-1995 годов пока останавливает и США, и Евросоюз, и ООН.

 

Опубликовано: Арсенал: военно-промышленное обозрение: http://rusarm.com/arhiv/n3_2009/flibustery_strany_beskonechnoj_vojny/