В договоре ООН о торговле оружием нет единых правил игрыФото: Flickr.com/Carsten Lorentzen/cc-by.

Скачать аудио файл.

В международном договоре о торговле оружием, утвержденном ООН, отсутствуют единые стандарты, что может привести к конфликтным ситуациям, считает директор Центра стратегической конъюнктуры Иван Коновалов

Историческое решение приняла Генеральная Ассамблея ООН. Международная организация утвердила договор о торговле оружием. Правда, голосованию предшествовало сложное обсуждение и попытка блокировать документ со стороны Ирана, КНДР и Сирии. Критика в адрес документа поступила и со стороны России.

К каким последствиям может привести утверждение подобного документа, рассказал «Голосу России» директор Центра стратегической конъюнктуры Иван Коновалов.


— В соглашении нет запрета на поставку вооружения неуполномоченным негосударственным субъектам, какой есть в России. В России во время продажи оружия действуют более строгие критерии, чем это записано в документе, который приняла ООН.

— Безусловно. В России торговля оружием, военно-техническое сотрудничество, как это принято называть, находится под жестким контролем государства. Единый посредник, который у нас существует, — это Рособоронэкспорт, компания под контролем государства. Через нее проходят все сделки. Таких моментов, как поставки неуполномоченным организациям, не может быть.

— Тогда зачем нужен был этот договор? Чем он будет отличаться от простых санкций, которые Совет Безопасности может объявить и сейчас ООН, как это было сделано недавно в отношении Пхеньяна?

— В разные времена ООН объявляла санкции против многих государств. Тем не менее, санкции обходили, нарушали, и это было всегда. Что касается данного договора, то самая главная опасность состоит в том, как трактовать те или иные силы — как повстанческие, сепаратистские либо ведущие борьбу за свободу.

Возьмем ситуацию в Сирии. Если Россия считает, что там идет гражданская война, в которой законно избранное правительство сражается против повстанцев, мятежников, то Запад считает, что это — освободительная сила, которая должна свергнуть режим. Соответственно, кому из этих двух сторон должно поставляться оружие? Позиция России совершенно правильная — этот вопрос необходимо обговаривать.

— В этом документе речь идет о недопустимости продажи вооружения странам, где существует геноцид. Как вы сказали, это тоже зависит от точки зрения каждого государства. Как определить, где геноцид, а где нет, без решения суда или ООН? Наверное, это невозможно?

— Безусловно. Однако надо помнить о том, что геноцид — вещь более очевидная. Здесь проще прийти к консенсусу в понимании ситуации. Другое дело, что, как говорится, он, конечно, сукин сын, но он наш сукин сын. Если этот диктатор кому-то выгоден, это опять вызовет споры.

— Да, будет ли действовать этот договор? Вы говорите, это очевидно, когда происходит геноцид. Но вдруг какая-нибудь соседняя страна говорит, дескать, нет, мы не согласны, что это геноцид, и продолжает поставлять туда оружие, как будто бы не нарушая договор, который только что приняла ООН.

— Да, ситуация будет выглядеть примерно так. Договор о торговле оружием в нынешнем виде, конечно, недоработан, он очень общий. Надо помнить о том, что торговля оружием — настолько сложный и чувствительный сегмент, в котором постоянно сталкиваются интересы многих государств, что выработать общие правила достаточно сложно. Если вырабатываются некие стандарты, они должны удовлетворять всех. Поскольку в данной ситуации видно, что это далеко не так, эффективность этого договора пока выглядит нулевой.

Ольга Гаврилова

Опубликовано: радио «Голос России»http://rus.ruvr.ru/2013_04_03/V-dogovore-OON-o-torgovle-oruzhiem-net-edinih-pravil-igri/