ЛЕНТА.РУ. Многоступенчатые амбиции. Северокорейские ракетчики продолжают удивлять мирФОТО: KCNA / Reuters

Опубликовано: Лента.Ру. 06.10.2016.

Владимир Хрусталев

Главная интрига ракетной программы КНДР — это новое поколение многоступенчатых ракет как военного, так и гражданского назначения. Именно они должны в обозримом будущем превратить КНДР в державу «высшей лиги», и претензии на этот счет строятся не на пустом месте. «Лента.ру» продолжает обзор ракетных достижений чучхе.

Как попасть в Америку?

Основной угрозой Пхеньян считает Соединенные Штаты. Гарантированное силовое сдерживание США в мире доступно всего двум странам: России и Китаю, во многом благодаря наличию межконтинентальных баллистических ракет (МБР), достигающих целей на американской территории. Даже небольшой арсенал МБР в свое время сильно поднял военно-политический статус КНР.

Пхеньян этот опыт внимательно изучил. Как и безуспешный опыт прошлых примирительных соглашений с США, которые через какое-то время открыто нарушаются, а нарушения сопровождаются все новыми и новыми требованиями безответных уступок со стороны КНДР.

Какую дальность стрельбы должна иметь БР, чтобы из Северной Кореи накрывать цели в США? Болевые точки любой страны — это крупные города. В большинстве сценариев риск даже одного небольшого ядерного взрыва в одном американском городе уже является неприемлемым. Для любой страны допустимые потери в «маленькой победоносной войне где-то там» исключают ремейк Хиросимы.

Ближайшая к КНДР континентальная цель в США — это Анкоридж, 5400 километров от ближайшей возможной позиции старта. До Сан-Франциско — 8400, до Чикаго — 9900, а до Нью-Йорка — 10 400 километров. До Гонолулу, столицы островного штата Гавайи, около 7000 километров. При этом БР должна быть способна забросить на эту дальность адекватную полезную нагрузку: не только заряд, но и средства обеспечения, в том числе тепловую защиту для прохождения плотных слоев атмосферы.

Несмотря на пафосные тезисы пропаганды, что северокорейской (песни о способности нанести удар по агрессору в любой точке планеты поются еще с 1990-х), что американской (КНДР якобы вот-вот скоро создаст МБР, и тоже с конца 1990-х), до 2012 года полноценного технического решения не просматривалось. Многоступенчатые космические ракеты запускались с двух национальных космодромов, но то, что эти ракеты могут добросить груз в 700-800 килограммов до Калифорнии или тонну до Аляски, не делает их боевыми МБР.

Это громоздкие конструкции, обслуживаемые перед запуском на еще более крупных открытых сооружениях. Они требуют предварительной сборки, транспортировки, заправки и прочих подготовительных мероприятий, обычно занимающих не один день.

В предыдущей статье мы упоминали ракету «Пэктусан-1», но достающие в теории США космические «Ынха-3» крупнее и тяжелее, они требуют еще больших стартовых сооружений и обеспечивающей инфраструктуры. Подготовка к старту будет гарантированно обнаружена и пресечена упреждающим ударом даже при атаке из состояния мирного времени и при нулевой исходной раскачке американцев. Что уж говорить о менее комфортных условиях военного кризиса.

Использование технологий ракет SCUD (двигатели, топливо, конструкционные материалы) для создания многоступенчатых БР позволяет сделать пусть громоздкий и не слишком мощный, но все-таки вполне работоспособный космический носитель. Размеры и время подготовки для него не критичны. Однако технологии, аналогичные тем, что применены на советских БР Р-27, в принципе позволяют создать полноценную МБР. Первые намеки на это появились 15 апреля 2012 года.

 

«Хвасон-13»

Главной сенсацией парада, проведенного в этот день в честь 100-летия со дня рождения Ким Ир Сена, стали шесть тяжелых многоколесных машин с размещенными на них большими многоступенчатыми ракетами. Причем сюрпризом были не только ракеты (скорее всего, полноразмерные макеты), но и колесная база.

Это оказалась машина повышенной проходимости WS-52100 китайской компании Wanshan Special Vehicle с грузоподъемностью 80 тонн при собственном весе 42 тонны. КНДР закупала их для гражданских нужд, заявив целью промышленную эксплуатацию «в экстремальных условиях». Это выглядит правдоподобно, ведь и у нас в России (и не только) многоколесные машины высокой грузоподъемности используются не только силовыми структурами.

Согласно официальным данным, опубликованным позднее китайской стороной, в мае 2011-го заказчику было поставлено две машины, а в октябре — еще четыре. В самом Китае аналогичная автотехника широко используются в качестве шасси для мобильных ракетных комплексов и обслуживающих машин.

Ракеты тоже выглядели необычно: явно трехступенчатые (диаметр третьей меньше, чем у первых двух), причем с габаритами, не характерными для уже известных образцов северокорейских военных БР. Максимальный диаметр, согласно большинству оценок, составил 1,8 метра (оценки варьировались от 1,7 до 2 метров), а длина примерно 17-18 метров. Невысокая точность оценок — вечная проблема «гаданий по фотографиям».

Потом ракеты показывали как на парадах в 2013 году, так и в национальной кинохронике. Причем последний материал, как потом оказалось, содержал кое-какие подсказки. В одном из документальных фильмов о деятельности Ким Чен Ира в деле укрепления обороноспособности страны, вышедшем в 2013-м, были показаны эти ракеты на пусковых установках.

После первой же демонстрации ракетам в мировой печати был присвоен индекс KN-08, а эксперты бросились гадать — настоящая она или это просто макет для парадов, чтобы вводить противника в заблуждение? А если реальна, то каковы ее потенциальные возможности и технологическая база? Если же это макеты, то внесены ли во внешний вид какие-то специальные искажения для дезинформации?

Вопросов было больше, чем ответов, а каждый новый показ создавал новые. К примеру: ракета была явно жидкостная — но как обеспечить ее сохранность при транспортировке? Почему ракета без транспортно-пускового контейнера, ведь высока вероятность механической деформации при перевозке?

10 октября 2015 года наблюдателей ждал новый сюрприз. На военном параде аналогичные машины с одноименным названием комплекса «Хвасон-13» (указанном на табличках) по площади провезли другие ракеты. Они были несколько короче и имели иную форму головной части — в виде конуса со сферическим затуплением. Исходя из габаритов и пропорций, ракета скорее всего была двухступенчатой, но третью ступень исключать было нельзя. В мировой печати она получила индекс KN-14.

 

Год откровений

Многие точки над i расставил 2016 год, когда официальные СМИ КНДР приоткрыли завесу тайны над ракетными программами страны.

Первая сенсация cлучилась 9 марта, когда опубликовали фотоматериалы со встречи Ким Чен Ына со специалистами в области ядерного оружия и средств доставки. Помимо главной сенсации — макета ядерного заряда, в кадр попало много интересного: разобранные ракеты KN-08 и KN-14, а также элементы двигательных систем этих ракет.

Вторая сенсация состоялась 15 марта, когда появилось сообщение об успешных испытаниях теплозащиты для головной части проектируемой МБР. Как известно, это одна из главных проблем при создании боеспособной ракеты такой дальности. В данном случае проверка шла в струе ракетного двигателя.

Третьей сенсацией стали сообщения от 9 апреля об успешных стендовых испытаниях нового двигателя для МБР. Причем по опубликованным кадрам можно составить представление о компоновке двигателя.

Видны два основных факела (камеры маршевого блока) и со стороны наблюдателя на их фоне две более тонких струи (камеры рулевого блока). Логично предположить, что с другой стороны есть еще две струи пламени от камер рулевого блока (незаметные сквозь основные струи). Это напоминает «сиамского близнеца» советского 4Д10, но если двигатели советской Р-27 и северокорейской «Хвасон-10» состоят из однокамерного маршевого блока и двухкамерного рулевого блока, то двигатель «Хвасон-13» — их удвоенная версия. Причем камеры аналогичны тем же, что и на «Хвасон-10». Это хорошо стыкуется с показанным 9 марта.

В сочетании с успешными испытаниями одноступенчатой ракеты «Хвасон-10», находящейся примерно на технологическом уровне советской Р-27 (конструкционные материалы, горючее, двигатели), все это указывает на идущую в КНДР разработку многоступенчатой МБР с использованием этих же технологий. И, что важно, на фундаменте уже достигнутых «одноступенчатых» успехов. Также стоит отметить, что в сочетании с созданием крупных твердотопливных ракет третья ступень KN-08 может также оказаться твердотопливной. Работают на результат в этом направлении и имеющиеся удачные пуски других многоступенчатых ракет — и космических («Ынха-3»), и боевых («Пуккыксон-1»).

Внутренняя компоновка ракет KN-08/KN-14 точно не известна (слишком много вариантов), однако считается, что в этих габаритах при многоступенчатом исполнении и на технологической базе «Хвасон-10» уже возможно создать настоящую МБР. Самые скромные прикидки дают максимальную теоретическую дальность с ядерным зарядом в пределах 5,5-6,5 тысячи километров (Анкоридж), а самые смелые — до 12 тысяч километров (Нью-Йорк). Наиболее распространенная же оценка лежит в районе 7,5-9 тысяч километров (Гонолулу, Сан-Франциско).

Конечно, программа испытаний оружия подобного класса не может исчерпываться одним запуском. Нужны будут испытания на разные дальности и с проверкой сохранности головной части даже при стрельбе на дальности, близкие к максимальным, либо с имитацией условий, возникающих при такой стрельбе (например, разными навесными траекториями с большими высотами подъема). Но дорогу осилит идущий, и Пхеньян явно готовится сделать первый практический шаг по ней.

 

«Ынха» Next?

Развитие ракетной техники в КНДР не исчерпывается военными задачами. Существует и довольно амбициозная космическая программа. Часто комментаторы считают, что это просто блажь, но в реальности все совсем иначе.

Дело в том, что КНДР не имеет доступа к иностранным услугам по выводу полезной нагрузки в космос. Одновременно страна критически зависима от иностранных космических сервисов (спутниковая связь, наблюдения за погодой, спутниковая навигация и т.д.). При этом у противника есть и полноценная спутниковая разведка, а Пхеньян в этом отношении практически «слеп». Да и как можно в наши дни считать независимой страну без своих минимально необходимых космических систем?

В 2012 и 2016 годах Северная Корея успешно вывела на орбиту два спутника. Однако вес этих аппаратов, а также тип и высота орбит указывают на то, что пока местной космической технике по силам выводить лишь спутники массой 100-200 килограммов на низкие орбиты. С поправкой на доступную элементную базу, речь может идти лишь о простеньких демонстраторах технологии.

Для серьезной прикладной космической программы надо иметь возможность выводить на низкие орбиты спутники весом от нескольких центнеров и выше, а также доставлять нагрузку и на геостационар (напрямую или с использованием переходной орбиты). В обоих случаях нужны ракеты значительно более мощные, чем ранее использовавшиеся.

Но северокорейцы не были бы собой, если бы после первого же успешного запуска не заявили об амбициозных планах по покорению космоса «с опорой на собственные силы». В январе 2013 года газета «Нодон Синмун» заявила о планах запустить в будущем два спутника дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ), три спутника связи и один спутник на окололунную орбиту. В мае 2016-го были заявлены планы по новым спутникам ДЗЗ, а также по спутнику связи на геостационаре. В августе еще один анонс — поставлена задача в течение 10 лет доставить флаг КНДР на Луну. Понятно, что о повторе миссии «Аполлон» речи не шло, символику предлагалось отправить необитаемыми аппаратами.

Мировые СМИ встретили эти анонсы в основном со смехом. Все это и вправду можно было бы принять за шутку, если бы не одно «но». Уже в 2014-м стало ясно, что Восточноморский космодром (с которого проводились запуски 2012 и 2016 годов) модернизируется под какие-то более крупные изделия, чем имеющаяся «Ынха-3».

«Ынха-3» — это трехступенчатая ракета 30-метровой длины весом 92 тонны, максимальный диаметр по первой ступени 2,4 метра. Однако спутниковые снимки космодрома, опубликованные в 2014 году, указывали на то, что башня обслуживания значительно выросла в высоту. С момента космического запуска в 2012-м сооружение изменилось в размерах.

Таким образом, башня уже способна обслуживать ракеты высотой 40-42 метра (вероятно, до 50 метров) и диаметром 3-3,5 метра. Успехи в освоении новых видов топлива, продемонстрированные в военных БР («Хвасон-10»), также указывали на потенциал роста энергетики космических ракет. Традиционно именно космическая ракетная программа КНДР являлась реципиентом технологий, а военная — их донором. Однако во всем этом пазле не хватало важнейшего элемента — нового двигателя для первой ступени, чтобы оторвать всю эту тяжелую ракету от земли. Показанный весной двигатель для МБР не выглядел оптимальным решением для настоящего рывка. Нужно было что-то с большой тягой на одну камеру.

И 20 сентября СМИ Северной Кореи явили миру новость. В российской версии сообщение звучало так: «Тяга нового сверхмощного реактивного двигателя как одиночного — 80 тонн. Цель настоящего испытания — окончательно подтвердить характеристику камеры сгорания, точность действия разных клапанов и систем управления, надежность их конструкции, определив рабочее время 200 секундами». Вечером того же дня вышел официальный телесюжет, в котором можно было увидеть подробности.

Для сравнения, тяга восьми камер (четырех маршевых и четырех рулевых) двигательной установки первой ступени космической ракеты «Ынха-3» — приблизительно 120-130 тонн. Оценочная тяга первой ступени двигательной системы разрабатываемой МБР «Хвасон-13» (двухкамерный маршевый блок и четырехкамерный рулевой) — 46-50 тонн.

Даже если двигатель имеет полную мощность 80 тонн в двухкамерном варианте, а перед нами уполовиненный вариант — это все равно очень и очень прилично. Так, первая ступень с четырьмя такими камерами будет иметь тягу 160 тонн только от маршевых камер. Вполне реалистичный вариант с шестью такими камерами дает минимум 240 тонн.

Это уже очень мощный конструктор для сборки разных ракет-носителей. Если же 80 тонн — это тяга только на одну камеру, то шестикамерный вариант даст 480 тонн — все «как у взрослых». По грубым оценкам, это позволяет делать ракеты-носители, сравнимые с китайскими «Великими походами» 1980-х годов (когда у китайцев появились двигатели с тягой на одну камеру 70-80 тонн). Следовательно, появится и принципиальная возможность выводить на низкие орбиты тяжелые спутники прикладного назначения, а также забрасывать на геостационар аппараты весом в десятки-сотни килограммов.

Таким образом, Пхеньян стоит на пороге превращения в «большую» ракетно-космическую державу, физически способную дотянуться до своих врагов на другом континенте, а также развернуть собственную орбитальную группировку. При сохранении взятого в последний год темпа в ближайшей пятилетке это вполне реально.