Недоказанная вина "Винзавода": Кто запрещает нам говоритьЯков Шустов

Современное искусство все громче и громче заявляет о себе. Но на фоне пресыщения культурой сделать это ему становится все труднее. Творчество, не приправленное скандалом, малопривлекательно. Поэтому на то, чтобы привлечь внимание к объекту искусства, тратится до 90% КПД арт-проекта. Можно позиционировать автора как пока еще никем не понятую знаковую фигуру современного искусства. Можно приманивать зрителя квази-политичностью или околорелигиозностью. Но лучше всего действует образ «проклятого поэта», элементарно переступившего через УК.

Знавал я одного такого. До срока за сборник ему давали около 1000 долларов гонорара, а после отсидки человек стал «живым классиком». Срок был, кстати, за совершеннейшую фантасмагорию, типа прорытия тоннеля Астана—Белые Столбы. И чтобы организовать этот «проект», пришлось приложить немало усилий.

Технологии «гениальности через злодейство» приобретают, похоже, все большую популярность. Кто знал художника Илью Трушевского два месяца назад? Только узкий круг ценителей асфальт-арта. А сейчас о нем знает весь Рунет. Вброшенный 29 апреля в Живой Журнал камень – признание провинциального поэта Никифорова – распространил такие громадные волны, что впору уже Государственной Думе рассматривать «казус Трушевского» на внеочередном заседании.

Вынесла Илью Трушевского в десятку наиболее обсуждаемых персон Рунета жежешечная запись поэта Николая Никифорова. Трушевский приютил поэта в своей съемной квартире, занимаемой еще и соседом, любящим тишину и покой. Однажды темной весенней ночью Трушевский и его некий друг привели в квартиру студентку МГУ семнадцати лет от роду. Перед этим они распивали спиртные напитки в заведении «Маяк», являющимся местом сбора московских хипстеров. (Кстати, таинственный друг позиционируется как лицо, похожее на хипстера). Администрации «Маяка», между прочим, стоит задуматься прежде, чем наливать несовершеннолетним… Так вот, со слов Никифорова, пришедшие стали насиловать студентку, сопровождая свои действия побоями и нецензурной бранью.

Впрочем, пусть расскажет сам: «Если бы я был тем, кем каждый хотел бы быть, я бы, наверное, вошел в эту комнату и попробовал разрулить ситуацию, раскидав, если понадобится, Илью, его интеллигентного хипстерообразного товарища и, возможно, соседа из второй комнаты, который заходил к Илье с просьбой прикрыть получше дверь, чтобы не было так шумно. Но я этим другим, увы, не был, поэтому те минут двадцать (а может, и куда больше, это был реальный ступор), которые я на кухне-в сортире-в ванной тормозил, не зная, что делать, были, наверное, самые ужасные в моей жизни минуты. Потом понял, что ключи у меня все-таки есть, куртка висит в прихожей, из квартиры можно выйти. В пункте милиции на Курском вокзале я милиционеров ждал минут 45».

Потом повели себя неправильно милиционеры: не хотели принимать заявление. В общем, безобразие удалось пресечь только часа через полтора-два. Странный молодой человек в эпоху всеобщей телефонизации и клипового сознания идет пешком за милицией. Или Никифоров решил уподобиться добру, которое вынуждено ждать за дверью, ожидая, пока зло не свершится?..

Вызванные врачи зафиксировали у пострадавшей множественные побои и ссадины, а также подтвердили факт изнасилования. Возбуждено уголовное дело в отношении Трушевского по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 132 УК РФ (покушение на насильственные действия сексуального характера); так главным злодеем оказался исчезнувший хипстер. В случае суда над Трушевским судить его будет БАСМАННЫЙ суд, так как дело происходило на территории Басманного района. Дело с самого начала проблемное. Что за спаситель такой, который спасает девушку, по его собственным словам, два часа? Почему потерпевшая ничего не может сказать о том, что с ней случилось, кроме того, что это продолжалось 6 часов? Что за таинственный завсегдатай «Маяка», фото которого спокойно висит в Интернете?..

Оно и понятно, почему в рунете поднялась настоящая буря эмоций. Одни клеймили художника, другие – защищали. Третьи возводили некие «ницшеанские» конструкции о неподсудности творческой личности обычным законам. Встал гендерный вопрос о недопустимости использования женщины, а тем более студентки в качестве сексуального объекта. Сам Трушевский встал на позиции ортодоксального мачизма, заявив, что «девочка – сама виновата».У Грибоедова, не в булгаковском смысле, а в протестном, состоялся митинг радикальных феминисток с требованиями сделать с Трушевским то же, что он сделал со студенткой. Однако очень быстро обсуждение сошло на нет, потому что общественное внимание переключилась на Катю Муму и ее веселых друзей…

Как только скандал стал забываться, подоспела Специальная премия, врученная Трушевскому от лица руководства галереи «Винзавод». Николай Палажченко, арт-директор центра современного искусства «Винзавод», сообщил о вручении премии во время вручения же другой премии – «Соратник» (в некоторых СМИ «Сподвижник»). «Моральная поддержка» была присуждена гонимым органами представителям арт-среды. Кроме Трушевского в число номинантов попали Артем Лоскутов, Андрей Ерофеев, Ян Пищиков. Лоскутов был одним из организаторов новосибирских «монстраций», и привлекли его за наркотики. Андрей Ерофеев – куратор приснопамятной «Осторожно религия!» – привлечен за разжигание межрелигиозной розни. Пищиков въехал в витрину галереи на джипе: привлечен за превышение пределов допустимого перфоманса.

Все это чрезвычайно не понравилось левой, а, проще говоря, троцкистской организации КРИ (Комитет за рабочий Интернационал). Они решили Винзавод бойкотировать. «Дела художников, преследуемых за социальную активность и недостаточную лояльность или за эпатажные поступки, от которых никто не пострадал, лицемерно приравниваются к изнасилованию, ставятся с ним на одну строку», – заявили инициаторы бойкота. «На сайте Винзавода появился призыв к арт-сообществу «оставаться соратниками на профессиональном поле«, а также «к цивилизованной дискуссии вокруг любых, в том числе и сложных с точки зрения морали проблем«. «Цивилизованной дискуссией» представители «Винзавода» предлагают заменить борьбу против насилия, а истинную солидарность коллег и «соратников» подменить круговой порукой, помогающей преступнику остаться безнаказанным».

Поддержку данной инициативе КРИ оказали Глеб Морев с сайта OpenSpace, художники Андрей Соболев, Дмитрий Бабенко и Мария Трусова, драматург Владимир Голышев, социолог Ирина Костерина и другие знаковые фигуры. Вечером 12 июня будет организован пикет «с целью информирования посетителей о сексистской, патриархальной позиции руководства центра и о его поддержке насилия над женщиной».

Николай Палажченко попытался объяснить свои действия в ЖЖ, но его не поняли. Одни заклеймили его пособником порока. Другие – трусом и лоялистом. Дескать, Марина Цветаева что нам завещала? «Если с демонами в родстве, Бард расстегнись на все!». А Палажченко считает, что в современном художнике надо различать его работу и личную жизнь.

В чем же мораль этой запутанной и, в общем-то, печальной истории? Представители богемы жалуются, что «быдло» не понимает и потому не любит их искусство, что далеки они от народа, да и народ от них далек. Глядя на суету вокруг «казуса Трушевского», становится ясно, что их не «не понимают», а не хотят понимать, потому что тошно. Ибо все эти хипстеры – не более как отрицательные персонажи подзабытого, к сожалению, романа «Тля» Ивана Шевцова. Если так нравится асфальт, может стоит заняться его укладкой, а не сомнительными похождениями в распивочных?..

 

Опубликовано: Русский журналhttp://www.russ.ru/Mirovaya-povestka/Nedokazannaya-vina-Vinzavoda